Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Откуда мы знаем, что решат делать с нами? Если отпустят — это хорошо, а если решат взять трофеем?

Я с облегчением выдыхаю и начинаю быстро растирать затекшие запястья, едва веревки падают на пол. Кожу колет сотнями иголочек, но я не обращаю внимания. Пут нет! Я быстро наклоняюсь и развязываю ноги. Вскакиваю и тут же охаю, едва на свалившись назад.

Пелагея уже у двери, резко оборачивается, глядя на меня:

— Идти сможешь?

— Смогу, — стискиваю зубы. — Я отсюда ползти буду, но не останусь.

Она кивает, явно оценив настроение, и показывает большой палец.

Нам исключительно везет, что Абдулов так спешил, что не запер дверь. Видимо, решил, что пленницы никуда не денутся. Просчитался.

И снова везёт, потому что в темном затхлом коридорчике с лестницей, ведущей наверх, никого нет. Однозначно слышатся звуки драки, но на расстоянии отсюда.

— Куда бежим? — одними губами спрашиваю я.

— Смотрим по обстановке, — отвечает Пелагея, пытаясь определить, куда двигаться. — Я сюда тоже попала без сознания, поэтому толком ничего не знаю.

Мы успеваем сделать только несколько шагов вверх, как появляется мужчина. Я невольно пячусь, но потом сердце делает кульбит.

Это Архип. Воплощение демона мести. От его взгляда можно превратиться в ледяную статую. Плечо в крови, от чего мне становится дурно. Я не могу произнести ни слова, но в черных глазах моего мужчины мелькает облегчение.

— Давайте быстро за мной, — бросает он.

Мы не спорим, быстро следуем за ним. Через несколько секунд появляется Вадим, вид у него тоже оставляет желать лучшего, но он вполне бодр, даже приветственно машет нам пистолетом.

Мне не по себе от того, что боевое оружие прямо перед носом. Я такое видела только в фильмах, но ни Пелагею, ни Архипа это явно не удивляет. Господи, у них это постоянно, что ли?

— Босс, он побежал к черному входу, там наши ребята встретят.

Архип кивает:

— Проводи женщин в машину. — И кидается назад.

— А… — тихо начинаю я.

— Жаждет крови, — с пониманием произносит Вадим, — я его понимаю.

Идемте, тут не надо торчать.

Возразить нечего, мы быстро идем за ним. Я только по ходу успеваю отметить, что дом Абдулова и правда роскошен, здесь все такое… дорогое. Куда же ещё больше?

Верно говорят, что человек, почувствовав вкус богатства, не может просто остановиться. Правда, для этого ты должен быть именно таким… не умеющим останавливаться.

Нас выводят во двор, давно ночь, фонари освещают ухоженный сад и выложенные плиткой дорожки.