На воле читать онлайн

Если вдуматься, то Надькин шантаж куда более тонкий, чем хитромудрая игра Коляна.

– Ладно, потом разберемся.

– Так ты, как, согласен? Представь, милый: если у нас получится, то мы все время будем вместе."

"Федор посмотрел Надежде в глаза. Женщина была на редкость совершенна, однако сейчас Федор сознавал, что близость красивой женщины бывает не всегда приятной: от Надежды веяло нешуточной опасностью, точь-в-точь как от автомата с полным боекомплектом.

– Ничего не могу сказать.

Мне надо все крепко обдумать.

– Но в принципе ты же не отказываешься? – настаивала Надежда.

– Детка, я тебе ничего не обещаю. Давай забудем об этом разговоре хотя бы на некоторое время. Ты мне нравишься не в роли подельника, а в роли любовницы.

Федор аккуратно зажал Надежде рот ладонью и придавил ее своим могучим телом.

Глава 53

Колян посмотрел в бинокль. Оптический фокус многократно приблизил высокий забор, из-за которого, напоминая большой корабль, выглядывала крыша, выложенная красно-коричневой черепицей.

Николай Радченко слегка скривился: не могут обойтись без шика эти богатенькие, перенимают у Запада не только образ мышления, но даже свои жилища устраивают на западный лад. Не знаете вы русской глубинки, господа, где шикарную черепицу с успехом заменяет обыкновенная солома и где шикарному «мерседесу» предпочитают скрипучую телегу, запряженную неторопливым мерином.

На коньке крыши, на трехметровом металлическом стержне, красовался флюгер в виде медведя, сжимавшего в лапах бочонок с медом.

Флюгер чутко реагировал на малейшее изменение ветра, то и дело вздрагивая и поворачиваясь. Со стороны дома не доносилось ни звука – создавалась полнейшая иллюзия того, что в здании никого нет. Однако Колян знал, что это не так и сейчас в доме находятся десять человек. Трое из них вечером уедут и вернутся только завтра утром, остальные живут постоянно и занимают первый этаж здания, никогда не расставаясь с оружием, словно ежесекундно ожидают нападения.

Впрочем, двое из десяти не представляли опасности – это хозяйка и ее сын, зато остальные восемь – отчаянные ребята, успевшие повоевать в свое удовольствие в Югославии и Латинской Америке. Николай успел навести о них кое-какие справки. Осведомленные люди отзывались о парнях с почтением и превозносили их боевые качества.