Name: Очаровательная блудница
Author: Сергей Трофимович Алексеев

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Гохман открыл рот, но ответить не успел, ибо на крыльце оказалась суровая пожилая тетка – иначе не назвать, но, как говорят, со следами былой красоты.

Стас вздохнул облегченно.

– Вы что это моему деду наплели? – Она прихватила клюку и спустилась на звонкий, деревянный тротуар. – Какая такая дочь?

Это была не Женя Семенова…

– Вы нас простите, – повинился Рассохин. – Я ищу Женю… Евгению Семенову из Ленинграда.

– Ну, я это была! – заявила тетка. – Только не из Ленинграда. И у меня никаких дочерей нет!

– Это совпадение, – вступился Гохман.

– Виноваты, извиняемся…

– Вам совпадение, а этот черт ревнивый мне три дня шею пилить будет!

В этот миг Стас узрел, что над ее головой кружатся две ласточки, пикируя, словно на кошку. Тетка подняла клюку и пригрозила:

– Вот я вас сселю с избы-то, паскудницы!

До появления высокого начальства и журналистов на пробном участке запустить драгу и добыть хотя бы грамм золота никак не удавалось: сначала полетел какой-то вал по причине заводского брака, потом сгорел электромотор, и наконец в рудоприемник завалился и заклинил ковши угловатый и крепчайший камень.

На прииске возникла нервная, злая лихорадка, когда все друг на друга кричали, требовали, но даже все вместе не могли быстро преодолеть непреодолимые обстоятельства – стихийный, коварный нрав Карагача. Необкатанную, бог весть как попавшую в россыпь глыбу кое-как раскололи кувалдами, вытащили, запустили драгу, но в отлаженной, не раз проверенной и испытанной технике промывка не пошла.

То есть золото не оседало на специальных резиновых ковриках, а вместе с тяжелой фракцией уходило в отвал. Оказалось, полностью отсутствует обязательная заводская регулировка агрегатов и настройка приборов. Следовало бы вызвать специалистов завода-изготовителя, но где там ждать неделю – надо добыть первое золото, показать процесс и начальству, и телезрителям!

Вероятно, Гузь договорился с начальником драги, и тот послал рабочего с банкой краски и кистью – закрашивать имя «Рассоха» вдоль верхней палубы.

Закрасил, спустился, но прошло четверть часа, краска на солнце и ветру просохла, и название проступило сквозь нее вроде бы даже еще ярче, по крайней мере свежая белая полоса с красными буквами притягивала внимание. Рабочий опять залез наверх, теперь с банкой красной краски, но Рассохин уже не увидел, чем это закончилось, потому что они с Женей Семеновой собрали книги и удалились в палатку, за три версты от участка.