Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

С этих плакатов на меня смотрели бравые, подтянутые советские милиционеры, и, глядя в их внимательные и умные глаза, становилось ясно, что с такими слугами народа ты точно не пропадешь. За спиной у Гаврилова висел красный вымпел: «Лучший милиционер». По всему видно, что наглядная агитация в этом конкретном опорнике поставлена на должном уровне.

— Иван Павлович, у меня вот какая проблема, — начал я. — Человек пропал. Точнее, девушка, с которой я давно дружу.

— И как же она пропала, ё-моё? — заинтересовался участковый.

— Чуть больше недели назад, я в последний раз говорил с ней по телефону. Я на тот момент еще отдыхал на море, и мы договорились, что она вскоре приедет туда ко мне. Она в этот день должна была взять билеты в кассе, чтобы сообщить мне, когда ее нужно будет встречать. Но когда я перезвонил на следующий день, никто не взял трубку. С этого момента я больше не имел с ней никакой связи. Я приехал сюда обратно три дня назад. Дома ее, естественно, не оказалось.

Мне удалось встретить женщину, которая ей помогает по хозяйству, и та сказала, что хозяйки квартиры не было с того самого дня, как я говорил с ней по телефону.

— Ну ё-моё, что же это за девушка у тебя такая, у которой есть своя помощница по хозяйству? — недоверчиво хмыкнул Гаврилов. — С какого дома такая краля?

Я назвал адрес Марины.

— Это адвокатша Маринка Тереньтьева, что ли? — Гаврилов с удивлением посмотрел на меня.

— Она самая, — кивнул я."

"— Ну, ты и хват, парень, ё-моё! — уже уважительно посмотрел на меня участковый.

— С такой бабой задружить многие бы захотели. Красивая, при своих квартире и машине, да еще и адвокатша. Правда, постарше тебя годков на десять будет, а так вообще-то высший класс. Так ты говоришь, что она пропала?

— Да, я же все рассказал, — кивнул я.

— А может, она загуляла с кем? — хитро прищурился участковый, — а ты тут сейчас панику поднимаешь. Заявления о ее пропаже не поступало, я это точно знаю.

— Так некому заявлять-то, — терпеливо пояснил я.

— Она живет одна, мать у нее где-то в поселке, в ста километрах отсюда. К ней только домработница приходит Елена Степановна. Она говорит, что из квартиры пропали чемодан, некоторые вещи и паспорт Марины. Все устроено так, как будто она сама уехала. Вот только она никуда не уезжала, я это точно знаю. И машина ее в гараже стоит.

— Знает он, ё-моё, — проворчал Гаврилов — Знаешь, сколько раз уже такое бывало.