Name: Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила
Author: Александр Борисович Михайловский

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Тогда же и там жеИмператор Николай II

Французский посол покинул кабинет, а царь все так же задумчиво продолжал смотреть в окно. Не обманул, ой не обманул его наместник Алексеев в своей телеграмме. Информация, полученная им от чужаков, оказалась точной и своевременной."

"Царь вспомнил, как на аудиенции французский посол краснел и бледнел от задаваемых ему вопросов, словно гимназистка, застигнутая классной дамой в объятиях гусара. А ведь присланный ему Алексеевым текст готовящегося к подписанию англо-французского соглашения был именно таким, каким он сейчас лежал в сейфах британского и французского министерств иностранных дел.

То, что это именно так, царь прочитал в бегающих испуганных глазках месье Бомпара.

Император подошел к столу и достал из папки еще один лист бумаги. Как сообщил в пояснительной записке наместник, это было письмо, написанное одним из высокопоставленных российских чиновников. Правда, фамилию его Алексеев почему-то не указал. В нем были, в частности, такие строки: «Жизненные интересы России и Германии нигде не сталкиваются и дают полное основание для мирного сожительства этих двух государств… Что касается немецкого засилья в области нашей экономической жизни… Россия слишком бедна капиталами и промышленной предприимчивостью, чтобы могла обойтись без широкого притока иностранных капиталов.

Поэтому известная зависимость от того или другого иностранного капитала неизбежна для нас до тех пор, пока промышленная предприимчивость и материальные средства русского народонаселения не разовьются настолько, что дадут возможность совершенно отказаться от услуг иностранных предпринимателей… но пока мы в них нуждаемся, немецкий капитал выгоднее для нас, чем любой другой.

Прежде всего этот капитал из всех наиболее дешевый, как довольствующийся наименьшим процентом предпринимательской прибыли, мало того, значительная доля прибылей, получаемых на вложенную в русскую промышленность германские капиталы, и вовсе от нас не уходит; в отличие от английских и французских капиталистов, германские капиталисты и сами со своими капиталами переезжают в Россию.

Англичане и французы сидят себе за границей, до последней копейки выбирая из России вырабатываемые их предприятиями барыши. Напротив того, немцы-предприниматели подолгу проживают в России и быстро русеют. Кто не видел, например, французов и англичан, чуть ли не всю жизнь проживающих в России и ни слова по-русски не говорящих.