Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила читать онлайн

Сразу после начала войны перед выходом в море сдавайте на берег деревянные шлюпки – всё равно в условиях реального боя они не помогут спастись команде…

Адмирал Макаров кивнул:

– Я это уже понял, прочитав рапорт Всеволода Федоровича Руднева. Он пишет, что осколки японских снарядов в первые же минуты боя превратили корабельные шлюпки сначала в решето, а потом в щепу – пищу для огня, – Макаров повернулся к Тирпицу. – Альфред, очевидно, придется признаться в том, что если в современном бою корабль тонет, то он тонет вместе со всей командой.

На что германский адмирал ответил, что военные моряки вообще-то выходят в море не ради спасения своей жизни, а ради службы своему отечеству. И каждый из них должен понимать, что спастись он сможет только вместе со всеми остальными и самим кораблем, а в противном случае ему и жить-то незачем.

Потом мы снова отдали долг прекрасному китайскому чаю.

– Альфред, – голосом обольстительной русалки Лорелеи обволакивала она суровое сердце германского моряка, – из вас получится превосходный канцлер. Если кайзер Вильгельм предложит вам эту должность, не раздумывайте, соглашайтесь…

А я, пользуясь тем, что внимание германского гостя отвлечено нашей матерью-командиршей, передал светочу русской военно-морской мысли большой плотный пакет с посланием адмирала Ларионова, составленным как раз для такого случая.

Разошлись мы уже после полудня, довольные друг другом. Как шепнула мне Нина Викторовна, она, кажется, уломала фон Тирпица, и он будет не против того, чтобы возглавить правительство Германской империи. Осталось дело за малым – убедить кайзера сделать своему адмиралу это предложение.

Ну а мне предстоит большая работа со Степаном Осиповичем Макаровым и Алексеем Николаевичем Крыловым. Кстати, надо вместе с адмиралом нанести визит нашему знаменитому ученому – ведь Опытовый бассейн, где проводятся исследования корпусов новых проектируемых судов, всего в двух шагах от дворца великого князя Александра Михайловича. Знаю только, что работы всем будет непочатый край.