Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила читать онлайн

Тут всегда царят тьма и холод, тепло и радость жизни выше, у самой поверхности."

"Но именно здесь проложен единственный телеграфный кабель, который пока еще связывает Цусиму и японский десант в Корее с родными островами. Именно здесь его и надо рвать. Чуткая разведывательно-поисковая аппаратура «Северодвинска» легко обнаружила кабель. Да и что его искать, он не заэкранирован и не защищен от прослушивания. А уж в низкочастотном электромагнитном диапазоне он вопит, как дисковая пила. «Северодвинск» завис в десятке метров от дна.

Вскоре вышедшие через торпедные аппараты наружу боевые пловцы нашли свою цель.

Вот эта черная кишка, толщиной в человеческую руку, обтянутая каучуковой изоляцией, чуть извивающаяся на каменистом дне, и есть их цель. Привычно – бойцы десятки раз проделывали это на учениях – на кабель закрепили небольшую коробочку с зарядом. Раздавлена ампула с азотной кислотой, пошел обратный отсчет тем тридцати минутам, которые нужны, чтобы кислота разъела оболочку из пленки и добралась до капсюля.

Потом счет пойдет на миллисекунды – воспламенитель – детонатор – основной заряд… Бойцы цепляются к буксировщику и удаляются в сторону субмарины, которая ожидает развязки чуть в стороне, на безопасном расстоянии. Несильный взрыв, кумулятивная струя перебивает кабель и разбрасывает в стороны камни. Проверка проделанной работы, и большой и указательный пальцы, сложенные кольцом, подняты вверх: «Порядок, первая часть задания выполнена. Цусима лишена телеграфной связи с Японией. Можно приступать ко второй части задания – рвать тот кусок кабеля, который связывает Цусиму с Кореей».

11 февраля (29 января) 1904 года, 23:05. Восточно-Китайское море. 250 миль северо-восточнее Шанхая, грузопассажирский пароход Доброфлота «Екатеринослав»Капитан Николай Михайлович Кузьменко

Ох-хо-хо, сходили, называется, за хлебушком. Из Одессы декабря, десятого числа вышли – мир был еще. Суэц прошли – мир. Коломбо, Сингапур, в Гонконге двадцать пятого углем бункеровались – тоже мир. А двадцать седьмого утром, уже напротив Формозы, подходит к нам этот японец, «Дайчу Мару» который и заявляет, что поскольку теперь Россия с Японией находятся в состоянии войны, то мы его пленники.

Вот и идем под конвоем в Нагасаки. А ведь у нас на борту не только рельсы, паровозы и прочие железки, но и пассажиры. В том числе и бабы с детишками. Это семьи мастеровых и инженеров, работающих по контрактам в Дальнем и Порт-Артуре. Эх, доля наша нелегкая, и понесло нас в такую даль.