Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А значит, где-то ниже по течению на одной из речных кос мы можем наткнуться на промытый и просеянный самой природой кварцевый песок. Сейчас уже поздно, практически темно, а вот завтра с утра стоит тут тщательно всё осмотреть.

И утро нас не подвело. Я таки нашёл то, на что втайне надеялся. Слюду! В одной из бесчисленных трещин я наткнулся на самый ценный сорт слюды, так называемый мусковит. Изогнувшись буквой Z, ковыряя топором, я таки умудрился извлечь кристалл почти правильной формы – квадрат десять на десять сантиметров.

Довольно прозрачный, с лёгким серебристым оттенком. О да, сюда я вернусь обязательно и с нормальным инструментом. А ещё порадовала Соле. Вот несносная девчонка! Как только до неё дошёл смысл моих лазаний по щелям и пещеркам, она тут же подключилась к этому делу с непрошеным энтузиазмом. Наша, конечно, вина с Хатаком – недоглядели. Мотнулась туда-сюда и пропала. Вот только что была… и нет её! Ох, как мы встрепенулись и давай бегать, орать, за сердце хвататься. Чу… – слышим из узкой щели возле самой земли голос:

– Дядя Пётр, дед Хатак, посветить надо! – и ладошка так из темноты машет.

Мы ей мораль читаем, а она: «Свет давай!»

Короче, сделали маленький факел, передали ей и ждём. Вылезла, разжала кулачок, а на нём – кристаллы. В таких породах вероятней всего встретить кварц. Так оно, пожалуй, и есть. Один – молочно-белый, другой – почти прозрачный, и маленькая друза розоватых кристаллов. Красиво!..

– Там таких много, – улыбается довольная чумазая мордашка.

И что вы прикажете делать, а? Только одно – чмокнуть в курносый нос и повесить шикарные бусы ей на шею из этих камешков.

Ну и как после таких подарков реку назвать по-другому? Щедрая, никак иначе.

И вот сегодня мы испытываем свою первую лодку. Для пробного заплыва сначала сели мы с Хатаком. Лодка идёт легко и уверенно. По-моему, она даже и на пару сантиметров не осела в воду под нашим весом. Но пора и других покатать, а то кое-кто уже подпрыгивает от нетерпения. Народ в племени Горького Камня растёт дисциплинированный, но резкий, могут и вплавь за лодкой погнаться.

Особенно Яр. Когда Соле рассказывала о наших и особенно своих приключениях, на лице брата можно было прочесть приблизительно следующее: «Сестра, я тебя, конечно, очень люблю, но… Великие Стихии! Почему вся движуха мира проходит мимо меня?!»

Потом долго гоняли впятером. Лодка держится на воде без проблем, мне кажется, в неё можно ещё человека три-четыре смело запихнуть.