Музыкальный приворот читать онлайн

Тот довольно улыбался, чувствуя себя настоящим героем, — еще бы, такая фурия, как Нинка, просит у него защиты. Вальяжно поглаживая ее по светлым волосам, он говорил что-то вроде: «ты чего, это же весело» и «ну ты даешь, хватит реветь».

И плакала она вовсе не бесшумно, напоминая современный аналог библейской иерихонской трубы, той самой, которая за пару мгновений разрушила крепостные стены города.

— А-а-а, — орала подружка, кривя губы, — ты плохой человек, беленький Кей! Мне страшно теперь!

— Ну я же с тобой, — проговорил синеволосый тоном, который предполагал, что этот факт должен заставить Нинку петь и плясать от радости.

— Мне ее жалко-о-о-о-о! А-а-а-а-а, он ее убииил! За что? — сквозь обильные слезы вопрошала девушка. — Ка-а-а-а-атя! За что?

Я прикинулась, что не слышу. Раз с ней на заднем сиденье находится барабанщик «На краю», то пусть ее и успокаивает, и объясняет.

— За что-о-о-о он ее так??

— Он маньяком был, наверное, или серийным убийцей, — не нашел лучшего объяснения парень."

"Мою подругу, конечно же, оно не устроило, поэтому она завопила еще громче.

— А ты талант, мужик! — обратился к Кею Келла, пытаясь зажать Нинкин рот ладонью. — Минута — и девушка кричит. Готова.

— Это что, ваша новая песня? — поинтересовалась я, глядя на то, как мы мчимся мимо большого гипермаркета. До дома еще минут десять, если мы будем ехать так же быстро и без задержек. Если этот шедевр станет их новым треком, то триумф группе обеспечен.

— Нет, — ответил Кей и спросил, — налево поворачивать?

Я кивнула, а тем временем синеволосый принялся посвящать меня в музыкальную жизнь своей родной группы:

— Этот чувак сочиняет все на ходу, девочка.

— Я Катя.

— Ага.

Парень что-то хотел сказать мне еще, но в это время Нинка заверещала ему под ухо:

— Синенький, синенький, я его боюсь! Синенький, спаси!

— Не надо звать меня синеньким, — попросил ее почему-то Келла, не переставая поглаживать девушку по волосам.

На миг Нинка отвлеклась от плача и спросила заинтересованно:

— А как мне тебя звать? Голубеньким? — она слабым движением взъерошила волосы парня, вспомнила, что вообще-то рыдает, и вновь принялась отчаянно плакать, переживая за лирическую героиню, как за родную сестру.

Настроение барабанщика тут же изменилось: он перестал веселиться и попросил называть его Келлой и не как иначе.