Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Старый энт смотрел на них долго и внимательно и по очереди говорил с каждым. И последним он обратился к Леголасу:

— Значит, вы пришли из Чернолесья, мой добрый эльф? Это был когда-то очень большой Лес.

— Он до сих пор большой, — ответил Леголас. — Но не настолько велик, чтобы мы, в нем живущие, не хотели бы видеть новые деревья. Я бы очень хотел побывать в Лесу Фангорна. Я прошел только по его опушке, но мне очень не хотелось уходить от него.

Глаза Древобрада блеснули от удовольствия.

— Надеюсь, ваше желание осуществится до того, как эти холмы состарятся.

— Я приду, если позволит судьба, — сказал Леголас. — Я договорился со своим другом, что, если все кончится хорошо, мы с ним вместе посетим Фангорн — с вашего позволения.

— Любой эльф, пришедший с вами, будет встречен с радостью, — заверил Древобрад.

— Друг, о котором я говорю, не эльф, — уточнил Леголас. — Я имею в виду Гимли, сына Глоина.

Гимли низко поклонился, и топор выскользнул у него из-под пояса и покатился по земле.

— Хум, хм! Ах вот оно что! — сказал Древобрад, глядя на него темными глазами. — Гном с топором! Хум! Я хорошо отношусь к эльфам, но вы просите слишком многого! Какая странная дружба!

— Может, она и странная, — согласился Леголас, — но пока Гимли жив, я не приду в Фангорн один. Его топор предназначен не для деревьев, а для орковских шей. О Фангорн, хозяин Леса Фангорна! Сорок два орка зарубил он в битве."

"— Ху! Эта история получше! — обрадовался Древобрад. — Ну-ну, дела пойдут так, как они и должны идти.

Нет необходимости торопиться им навстречу. А сейчас мы должны на некоторое время расстаться. День приближается к концу, однако Гэндальф говорит, что вы должны уйти до наступления ночи, а Повелитель Марки хочет поскорее вернуться в свой дом.

— Да, мы должны идти, и идти немедленно же, — подтвердил Гэндальф. — Боюсь, что нам придется забрать у вас ваших хранителей ворот. Но вы хорошо справитесь и без них.

— Может, и справлюсь, — вздохнул Древобрад, — но мне жаль расставаться с ними.

Мы подружились так быстро, что мне показалось, будто я стал торопливым. Но ведь они были единственной новостью, которую я увидел под солнцем и луной за много-много лет. Я не забуду их. Я внес их имена в длинный список. И энты будут их помнить:

Энты землерожденные, старые, как горы,Скороходы, любящие пить воду,И маленькие обжоры-хоббиты,Веселый добрый народец.Они останутся нашими друзьями, пока обновляются листья.