Запрещенная реальность. Том 1 читать онлайн

Кроме того, Коваль, тогда еще полковник, спланировал операцию «Ковбой-2» по делу так называемых «инициативников», потенциальных агентов, ищущих контакты с иностранными спецслужбами с целью продать технологию российского космического «челнока»."

"Затем была служба в столичном управлении КГБ по контрразведывательному обеспечению органов внутренних дел, которое потом было реорганизовано в отдел по борьбе с организованной преступностью. Сергей Вениаминович вел там дела подольской и кунцевской преступных группировок.

Оттуда его перевели в Управление по борьбе с контрабандой и коррупцией Министерства обороны. Три года он поработал заместителем, потом начальником академии ФСК и вернулся в федеральную службу уже начальником Управления «КК» (по борьбе с коррупцией и контрабандой) и заместителем директора. Словом, это был профессионал, деловые качества которого не подлежали сомнению. Что же касается качеств личных, то генерал Коваль был всегда спокоен, даже флегматичен, с подчиненными ровен и решительно не был подвержен человеческим слабостям: не пил, не курил, к женщинам и азартным играм тяги не испытывал, телевизор не смотрел и в компаниях не участвовал. Зато с одержимостью фанатика любил разрабатывать игровые программы для компьютеров и с компьютером общался чаще, чем с людьми.

Высокий, худой, седоватый, с длинным холеным лицом, он был похож на английского лорда, особенно в гражданском костюме. А носил он его всегда, за исключением редких торжественных мероприятий.

Начальники Управлений собирались по одному. Первым пришел генерал Бондарь, начальник Управления «К», занимающегося собственно контрразведкой. Длинный, сухой как жердь, но сутулый, был он хмур, малоразговорчив, и весь нрав его, упрямый, неприветливый и недоверчивый, свободно читался на вытянутом лошадином лице. Он был единственным из высших должностных лиц ФСБ, кто остался на прежнем месте после реорганизации, все остальные начальники Управлений пришли вместе с новым директором.

— Что, еще никого нет?

— А я? — меланхолически пошутил Коваль.

— Любит молодежь форс держать, — заметил главный контрразведчик, имея в виду, что остальные начальники гораздо моложе его. — Я начинаю укрепляться во мнении, что старики и молодые — совершенно разные типы цивилизаций на Земле, вынужденные в силу социальных обстоятельств жить рядом.

— Какой же ты старик, Владимир Алексеевич? Пятьдесят семь — это не возраст.

— Годы не всегда есть мерило возраста.