Запрещенная реальность. Том 1 читать онлайн

Это был новейший германский «Хеклер-кох OXBC—II», применяемый спецподразделениями многих иностранных армий. Но бесшумность оружия в данной ситуации как раз и сослужила хозяину плохую службу. Жеребец успел выстрелить несколько раз — выстрелы напоминали щелканье пальцами, — попал в зеркало, в окно и в шкаф, пока Василий наконец не достал его в прыжке.

Однако гром разбитого зеркала разбудил остальных охранников, и Матвею пришлось успокаивать всех троих, со сна не врубившихся и не понявших, в чем дело.

Когда он выскользнул в коридор, из спальни, где спал Чертков-Жеребец, вышел Василий.

Поймал взгляд Соболева, покривил губы:

— Пришлось его слегка побить… не сдержался. Уходим?

— Давай записку оставим, раз уж мы с тобой «чистильщики».

— Это идея. Жаль, нет фирменных бланков с эмблемой «ККК»."

"Они вернулись в спальню, где поперек рухнувшей деревянной кровати лежала туша Жеребца, вырвали чистый лист бумаги из тетради в серванте, и Василий под диктовку написал красивым каллиграфическим почерком: «Маракуц, это предупреждение — последнее.

Еще одного не будет. В плане ликвидации ты — в первых рядах. Готовься предстать перед судом Всевышнего». И значок «ККК». Потом Матвей вспомнил лаконичность текстов настоящего «Чистилища» и отредактировал послание. Окончательно оно звучало так: «Боксер, это твой приговор».

— Годится, — одобрил Василий. — Коротко и сердито. Пусть попсихует, покрутится в роли жертвы.

Афонин спал, когда они нашли его там, где оставили, — у кустов.

Друзья подхватили его на руки, донесли до машины и уложили на заднем сиденье.

Через полтора часа — в четыре утра — «таврия» подкатила к дому Василия, и президент «Рюрика» был посажен в ванну отмокать, где он сразу уснул.

— Иди, я справлюсь один, — сказал Василий. — К одиннадцати утра он явится на работу свеженький как огурчик.

Матвей пожал руку друга и поехал домой.

В одиннадцать они встретились у входа в здание, где располагалась контора «Рюрика»: Афонин в новом костюме, чисто выбритый, энергичный, уверенный в себе, хотя и со следами побоев на лице, — он уже успел побывать дома, успокоить семью, — Василий в затрапезной штормовке и залатанных джинсах и Матвей в плаще, с модным белым шарфом на шее.

Поприветствовали друг друга как ни в чем не бывало. Проводили взглядами хорошенькую девушку, со слезами тащившую пьяного молодого мужика, скорее всего мужа, который, еле ворочая языком, матерился и обещал кого-то поиметь.