Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Глава 28

Недовольно взглянув на Бубу, сидящую как ни в чем не бывало около костра, Хая скривилась.

Когда Брох с Бубой вернулись из пещеры Дахи, Хая долго ходила темнее тучи. Она надеялась, что избавилась от лишнего груза, но Даха, к ее удивлению, оказалась весьма решительной. И это тот самый человек, который вздрагивал от малейшего повышения голоса?"

"Хая помнила, как жалась Даха по углам, глядя на еду сверкающими от голода глазами. Как слаба была эта бесполезная женщина, неспособная даже мяса для себя поджарить.

Странно, что произошли такие перемены. Замешаны ли в этом Великие Духи? Вероятнее всего, так и есть. Хае трудно было поверить, что человек способен измениться в одно мгновение по собственной воле. Да и какая воля у Дахи? У прежней Дахи ее точно не было.

Хая не могла убить Бубу самостоятельно, но никто не отменял случайности. Все-таки жизнь – опасное занятие.

Она пыталась провернуть с Бубой тот же трюк, что и с Дахой, вот только в отличие от никчемной жены старшего сына Буба была слишком напористой и наглой.

Ее не волновало ни игнорирование семьи, ни злословие, ни ругань, ни тычки исподтишка. Буба от всего этого становилась только злее и громче.

После возвращения Буба прониклась еще большей ненавистью к Дахе. Хая поддерживала в ней это чувство, надеясь, что когда-нибудь подобное принесет ей пользу.

– Пора, – недовольно буркнула она, стараясь не смотреть на все еще живую Бубу.

Брох кивнул. Действительно, было пора выходить. Весна уже наступила.

Вскоре в Великой пещере начнут собираться семьи и племена.

– Даха? – он взглянул на мать, ожидая ее слов. Все-таки Хая была старейшиной их семьи, все обязаны были прислушиваться к ее мнению и следовать слову.

– Надо сходить, – Хая прищурилась, размышляя, есть ли возможность прибить обеих женщин по пути к Великой пещере.

– Схожу, – Брох поднялся, не намереваясь откладывать. На бывшую жену он даже не смотрел. В последние недели они вообще не разговаривали.

Буба ненавидела, что он стал свидетелем ее позора, отчего относилась к нему с еще большей злостью.

А Брох не мог найти в себе силы общаться с такой ненормальной женщиной. Каждый разговор с ней заканчивался ссорой. Он не желал лишний раз трогать ее.

– С тобой, – тихо произнес Карх, поднимаясь с места.

Раньше в их семье царил относительный покой, но с недавнего времени ни у кого не было настроения. Все ходили хмурые и даже злые. И виной всему был один человек.