Name: Фавориты Фортуны
Author: Колин Маккалоу

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Я никогда не поступаю глупо! – взорвался Помпей. – Я ожидаю результатов! Результатов, которые будут стоить потраченных денег!

Они обсудили порядок выплат и количество необходимых людей, желающих – нет, жаждущих! – подать голос за Помпея. Вдруг Филипп нахмурился и замолчал.

– В чем дело? – нетерпеливо спросил Помпей.

– Есть один человек, без которого тебе не обойтись. Но дело в том, что у него столько денег, что он не знает, что с ними делать. Поэтому его нельзя купить. Благодаря этому обстоятельству он нажил себе приличный политический капитал.

– Ты имеешь в виду Цетега?

– Да, его.

– И как же мне его заполучить? – Помпей проворно поднялся. – Мне лучше увидеться с ним.

– Нет! – встревожился Филипп. – Цетег – патриций из Корнелиев. На вид он такой дружелюбный, такой сентиментальный, но ты можешь нажить себе врага, если заговоришь с ним напрямую. Предоставь это мне. Я все выпытаю и разузнаю, чего он хочет.

Через два дня Помпей получил записку от Филиппа. В записке была всего одна фраза: «Приведи ему Прецию – и он твой».

Дрожа от гнева, Помпей держал записку над пламенем лампы, пока она не загорелась. Да, это Цетег! Его ценой было унижение будущего патрона. Он потребовал, чтобы Помпей выступил в роли сводника.

Подход Помпея к Муции Терции очень отличался от его тактики обращения с Эмилией Скаврой или с Антистией. Эта третья жена оказалась намного лучше первой и второй. Во-первых, она была умная. Во-вторых, загадочная. Он никогда не мог понять, что у нее на уме. В-третьих, она была великолепна в постели – удивительно! К счастью, он догадался с самого начала не называть ее своим «пирожком» или «восхитительным горшочком с медом».

Такие словечки действительно готовы были сорваться с языка, но что-то в ее лице останавливало его. Хотя Помпею и не нравился Марий-младший, Муция была его женой, и это многое объясняло в ней. К тому же она – дочь Сцеволы, племянница Красса Оратора. Шесть лет жизни с Юлией тоже что-то значили. Поэтому инстинкт подсказал Помпею, что с Муцией Терцией он должен обращаться как с равной, а не как с рабыней.

Отыскав Муцию Терцию, он сделал то, что делал всегда: поцеловал ее, стараясь поймать ее язык и играя ее соском. Потом отошел и сел так, чтобы видеть ее лицо и улыбку, полную обожания и преданности. А после этого приступил прямо к делу.

– Ты знала, что у меня была любовница в Риме? – спросил он.

– Которая? – серьезно ответила она вопросом на вопрос: Муция Терция редко улыбалась.