Name: И киллеру за державу обидно
Author: Алексей Львович Шерстобитов

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Хлебникова Марк уже не отпускал сам, несмотря на истекающее время, указанное в договоре, поскольку обговоренный объем не считался завершенным, а кроме Тимура эту работу сейчас не потянул бы никто.

Более того, после попыток главы «МАРВОЛ», предпринятых несколько ранее, освободить Тимура от занимаемой должности по наветам Ческиса, о чем был разговор с А.А. Саркисовым, последний прямо заявил Марку Семеновичу о своем уходе с должности председателя правления СП «РУСДЖЕТ» и выводе завода имени Климова из проекта в случае увольнения Тимура.

«Потому что, — открыто объяснил главный конструктор А.А. Саркисов, — …ты (Волошин) запустил в проект бандитов, я с ними, и в частности, с Ческисом, работать не буду!». Волошин осознал — работы по двигателю остановятся, если тронуть Тимура Илларионовича.

При создавшейся ситуации Марк вынужден был просить генерального директора СП «Русджет» доработать, хотя бы до лета 1995 года, правда, причитавшихся ему денег так и не выплатив.

При этом начинала складываться следующая ситуация: Ческиса прессовал «профсоюз»; Марка прессовали юаровцы; Тимура прессовала дома его супруга, в этой связи выступавшая ангелом-хранителем…

Вместе с изменениями в отношении Гусятинского и Пылевых, где первый, как я уже писал, предоставив поле для деятельности братьям, ретировался на Украину, поменялся и «личный состав» верхушек, «смотрящих» на объектах, находящихся под протекторатом «медведковского профсоюза».

В конце 1994 года «МАРВОЛ» со всеми «дочками», кроме СП «Русджет»; ООО «Русское золото» со всеми рынками; ООО «Московский ювелирный завод»; сеть магазинов «Стройматериалы» в Питере, которые были детищем Лео Шумахера, компаньона Волошина и друга Хлебникова и еще многое, переходит из-под контроля Тимофея Карасева, отправившегося в Киев к Григорию, терявшего, таким образом над ними плотный контроль (хотя он был потерян уже при нахождении Григория в тюрьме), к Сергею Махалину — правой руке Пылевых…

В семьи Хлебниковых в разговорах между супругами все чаще и чаще упоминалась тема грядущей опасности:

— Плюнь на все! Бог с ними, с бабками, возьми 1000 долларов и исчезни, оставив записку: «Извини, полюбил другую!».

Я, потом, типа с родителями твоими, в Тбилиси приеду. А там видно будет… — Но и Тимур был прав по своему, а если быть точнее, оба не хотели принять мнения другого, уверенные в своей правоте. Тимур парировал:

— Нет. Не поверят. Кто нас с тобой хоть немного знает, никогда не поверят в эту чушь. «Полюбил другую»!..