Name: И киллеру за державу обидно
Author: Алексей Львович Шерстобитов

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Если Александр Александрович говорит точно, кратко, информативно, не сбивчиво, то Ческис, словно боится за каждое слово, делает ошибки, сам перестает понимать, где ложь, а где правда. Здесь представлены две крайности: с одной стороны благородство и бесстрашие, с другой подлость и животный страх…

Прямая к финишу

«Когда ты находишь себя, ты теряешь зависимость от чьих бы то ни было мнений!»

(Древняя мудрость)

Незадолго до этой встречи, по всей видимости, находящиеся в заключении, уже ничего не в состоянии сделать Пылевы, предпринимают одну из попыток запугать Хлебникову.

Однажды ночью, сработавшая сигнализация ее автомобиля, буквально разрывалась от собственного «крика», умоляя выйти хозяйку на улицу. Надежда крепилась, но оставалась дома, и слава Богу!

Выйдя уже с утра, она обнаружила свою машину с побитыми стеклами, фарами, поворотниками, царапинами и вмятинами на боках и крыше, колеса были пробиты в нескольких местах. Можно предположить, что это обычная уловка налетчиков, направленная на выманивание собственника, ради преследования дальнейших целей.

"В нашем случае кажется очевидным, что конечная цель может выглядеть, как выбивание главного свидетеля по уголовному делу убийства Тимура Хлебникова, а также расследования деятельности «МАРВОЛ», которым заинтересовались соответствующие органы, из обоймы. Кстати, сегодня на деятельность тогдашнего главы этого холдинга правоохранительные органы обратили вновь внимание, возможно, в связи с его новой активностью, вызывающей вопросы…

Почему я уверен в возможном покушении, начало которого выглядело как угон автомобиля? В салоне было что взять, но все осталось нетронутым.

Борьба за место парковки отпадает сразу — на это место боялись ставить свои машины, оно до сих пор считается несчастливым (два убийства), к тому же в восточной трубе, куда утыкается капот припаркованного автомобиля, всегда живые цветы…

Все эти годы дети не просто существовали сами по себе.

Будучи постоянно очевидцами происходящего дома, они научились быстро делать выводы, зачем мама что-то делает, кто пришел, как себя вести. Понятия безопасности и осторожного поведении впитывались с первого дня появления проблем, еще при жизни Тимура. На Екатерину и Георгия свалились постоянные разговоры про убийства, о бандитах, Ческисе и компании, они больше, чем любой из их сверстников, понимали сложность жизни, и чаще испытывали опасения.