Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Нет, я, конечно, рад, что меня ценят, продвигают, горизонты реально крутые… Но как-то все слишком…

Работа, машина вот, теперь квартира… И карьера… Так в самом деле легко в свою исключительность поверить…

А если это просто потому, что родня?

И на моей место в Питере есть кто-то другой, более талантливый. Но у него нет нужной родни, а потому он в пролете…

Меня это все почему-то кусает, хотя не должно бы…

Но отец правильно воспитал. Слишком правильно.

И потому не получается пока что гордиться своими достижениями.

И тем более, доставшейся на халяву квартирой…

— Сынок, я горжусь тобой. — Смотрю в глаза отца, улыбаюсь, понимая, что сейчас ни вопросы мои, ни даже мысли — не к месту.

Он реально рад и горд.

И это греет…

— Ты — лучший работник, — подтверждает супруга моего начальника.

Киваю, старательно делаю счастливое лицо, сжимаю стакан в руке, пытаясь почувствовать себя счастливым.

Все же хорошо, да?

Я просто с жиру бешусь?

Тем более, чего заволновался-то?

Пока что есть время, его полно еще.

До окончания университета точно.

А потом… Потом чего-нибудь произойдет.

Одно я точно знаю: ни в какой Питер я не хочу. Не люблю я этот город, не родной он мне.

Я в Москве родился, тут жить хочу.

Прикидываю, как родня отнесется к финту ушами, если я чуть попозже, уже ближе к окончанию универа , начну продавать квартиру…

Пока что сложно сказать…

Они вон как радуются, все распланировали за меня на годы вперед… И меня забыли спросить, хочу я в этих планах участвовать или нет.

В этом, кстати, минус крутой родни. Особенно Кирсановых. Слишком они властные и уверенные в том, что лучше тебя знают, как тебе будет лучше, что делать дальше, как жить, в какой сфере строить карьеру…"

"И отец, и дядька, и друзья их, которые за долгие годы общения роднее многих родных стали, серьезные и крутые мужики, и я их уважаю, конечно… И мнение их уважаю.

Но жить-то хочу по-своему!

И решения принимать хочу сам! Свои! И шишки, если уж будут, тоже свои! И последствия от неправильных решений тоже мои будут!

А тут…

Тут получается, что ничего моего нет.

Работа — по блату. Квартира — по блату. Карьера — по блату…

Из всего этого моих — только спортивные достижения, да и то, где б я был, если б отец не башлял за соревнования и не ездил со мной бесконечно на тренировки в разные концы Москвы.

Ну, и учеба моя. Полностью. Вспоминаю, как отвоевывал свое право не идти по военной линии, и волосы дыбом становятся.