Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В лазарете пахло дезинфектором и лекарствами, из второй операционной раздавались тихие голоса - там работал доктор Кастер, и у него операция должна была продлиться куда больше, чем моя. Часы над столом дежурной медсестры показывали полдень, и с одной стороны нужно было поесть, чтобы не упасть без сил, а с другой - опять ведь накатит дурнота и не дай боги на глазах пациентов…

Второй этаж постепенно весь превратился в лазарет, а с другой стороны коридора расположился наш «детский сад», который взяла на себя леди Лотта.

Детей периодически привозили нам с захваченных территорий - в их числе и потерявшие родителей, и дети слуг, эвакуированных Люком из Лаунвайта, и местных работников, которые попросили убежища для своих семей. Они верили, что мы успеем их спасти, если враг перешагнет через укрепляемые Люком форты. Хотелось бы мне не обмануть их веру. Я-то гарантированно имела возможность уйти с помощью переноски. А вот рассчитывать на постоянно барахлящие, а то и вовсе отказывающие Зеркала и телепорт было уже страшно.

Я прошла мимо детской, слыша тихий голос леди Кембритч - и перед тем, как подняться в свои покои, все же решила подышать свежим воздухом. Может, тошнота пройдет и я смогу нормально поесть. Спустилась по лестнице, быстрым шагом прошла мимо ширм, закрывающих импровизированный лазарет в холле, и распахнула двери, задохнувшись от солнечного света и бодрящего ветерка.

Чуть поодаль курили солдаты - при виде меня они вытянулись, поклонились.

Я кивнула в ответ, расслабленно прижалась спиной к нагретому камню стены и закрыла глаза. И почти заснула, расслабившись под ласковым мартовским солнцем и потеряв счет времени.

- Марина?

Я распахнула глаза и едва удержалась, чтоб не взвизгнуть. От счастья в груди разливалось медовое тепло, а я стояла и улыбалась, глядя на Мартина, появившегося прямо напротив меня. Обритого, похудевшего, в военной форме. Рядом с ним стояла Виктория, но меня это ничуть не смутило.

- Не верю своим глазам, - сказала я с нежностью, протягивая ему руки. Он взял их, сжал, привычно широко усмехнулся. Глаза его сияли.

- Я же обещал, что навещу тебя. Марина, представляю тебе Викторию…

- Мы уже знакомы, - напомнила я недоуменно.

- … жену самого невероятного мужчины в мире…

- И самого скромного, - добавила Виктория беззлобно."

"Мартин усмехнулся и спокойным, привычным жестом приобнял ее за талию.