Неразрезанные страницы читать онлайн

Первый раз в жизни Екатерина Митрофанова убегала с работы, как двоечник из опостылевшей школы!

Она мигом собралась, оглядела кабинет, засунула в сумку папку с бумагами от Канторовича – их следовало разобрать, и непременно сегодня, вытащила из шкафа пальто и почему-то на цыпочках побежала к двери. Вернулась, оторвала от монитора листочек с зайцем, нарисованным шариковой ручкой, смяла и выбросила в корзину.

Никто не должен знать, что Екатерина Митрофанова рисует зайцев!..

Машины Анны Иосифовны на стоянке еще не было, следовательно, воспрепятствовать побегу никто не мог.

Ехала она долго. Утренний транспортный коллапс, плавно переходящий в дневной, а потом в вечерний, уже был в разгаре. Машины на всех магистралях или стояли мертво, или двигались со скоростью пять километров в час. Двигатели чадили. Небо хмурилось. Какая долгая, холодная, неулыбчивая весна в этом году!.

В новостях, помимо общемировых ужасов, еще сообщалось об ужасах отечественных. В Питере съехавший с крыши снег придавил пенсионера. В Челябинске прорвало теплоцентраль, и полгорода залито кипятком, а еще полгорода осталось без отопления. В Москве убит Сергей Балашов, знаменитый телевизионный ведущий.

Митрофанова постукивала по рулю рукой в перчатке, переключала кнопки радиостанций, заглядывала в сумку, опускала козырек и смотрелась в зеркало – в общем, делала кучу лишних движений.

Про Балашова говорили с преувеличенным сожалением. Так всегда говорят… вслед.

Оказывается, все его программы имели необыкновенный рейтинг, даже самые неудачные. Оказывается, когда-то он был лучшим корреспондентом в «Новостях», и его даже хотели за это наградить, но почему-то не наградили. Оказывается, он широко занимался благотворительностью, но об этом никто не знал. Оказывается, он собирался кого-то разоблачить, но не успел. А еще он намеревался написать серию книг о телевидении, но внезапная смерть нарушила его планы.

И так далее, и тому подобное.

И про «особый контроль» прокуратуры было сказано, и о том, что сообщество журналистов и телевизионщиков собирается обратиться к президенту с каким-то там воззванием, как будто воззвание могло что-то изменить!..

К Покровке, где жила Маня, Митрофанова уже совершенно измучилась, и от новостей, и от движения, и от беспокойства.

Дверь ей открыл Алекс.

– Что с Маней?! – заорала Катя.