Принцесса, подонки и город тысячи ветров читать онлайн

Заодно сошлись концы: именно за этих воздушников и мстил Герстленам некий призрак из прошлого. Око за око. И тоже до третьего колена, как повелевал поступить королевский указ с несправедливо обвинёнными Орканами…

Доказательства вины Амроя нашлись в его многочисленных переписках и дневниках. Не прямые улики, но в шифровках, иносказаниях и намёках всё читалось более чем ясно. Амрой оставил после себя горы бумаг, которые до времени хранились у старика Эрланна вместе с документами на имущество, что воспитанник уступил ему, продолжая отрабатывать потраченную на него когда-то огромную сумму.

Картина вскоре прояснилась окончательно: Амрой Герстлен восемь лет назад подлым и жестоким способом устранил тогдашнего главу ратгауза, Николаса Оркана. Причём заговор этот готовился не меньше года, а сам Герстлен в это время предусмотрительно уехал из Дансвика со всеми домашними – якобы поправить здоровье. Свою кандидатуру на желанный пост он заявил лишь спустя год.

Кристар, всего неделю назад выяснивший причины этой вендетты против Герстленов, теперь заново осознал имя, что Ветерок назвала ему.

Оно могло быть каким угодно – известным на всё королевство или, наоборот, ничем не примечательным – в тот момент это было не важно. Тогда Кристар просто хотел шептать его, звать по имени ту, что плавилась под его огнём, сжигая его собственное сердце.

Но имя, сорвавшееся тогда с её губ, внезапно обрело новый смысл. В этой своенравной – но эмметские хмари, до чего желанной! – колючке наконец сошлись последние две нити, чьи конца Кристар всё не мог увязать.

Ветерок – Оркан. И в то же время подонок.

Амрой Герстлен уничтожил Орканов. Подонки расправились с ним.

Могла ли это Ветерок тогда, четыре года назад, устроить «чернушный» мор Герстленам? Сколько ей тогда было – пятнадцать-шестнадцать? Конечно, могла.

Но выяснить это Кристар уже не успел. По абсолютной случайности он, находясь в столичном следственном отделе, услышал, что в Дансвик отправляют специальный отряд во главе с кейре Астингтоном. И речь шла не о ком-то, а об Эстель Абрего, его «кузине».