Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

К концу лета мои новые пароходы были брошены на перевозку хлопка и табака нового урожая в Западную Европу, в основном в Англию. Оттуда везли разные попутные грузы, в том числе и предметы роскоши для вновь разбогатевших плантаторов Северной Каролины и других южных штатов. Что ветром унесло, то ветром и принесло.

В Уилмингтон сунулся было Корнелиус Вандербильт, попробовал поиграть в ценовые войны, чтобы отомстить мне, но быстро обломался. Возить по дешевке ему приходилось только то, что было не нужно мне.

Мои пароходы перевозили мои грузы, поэтому цена фрахта мне была до одного места. Интересовала только себестоимость перевозки, которая влияла на прибыль от продажи урожая. Я даже подумывал, не купить ли ткацкую фабрику в Англии и не заняться ли продажей готовых хлопчатобумажных тканей? Решил не жадничать. Тем более, что о ткацком бизнесе имею довольно смутное представление.

В начале сентября мой сын Джон уехал учиться на юридическом факультете Гарвардского университета.

Ему жить в стране сутяжников, пусть овладеет их ухватками. Судя по растущей многословности его писем и все большей утонченности просьб дополнительных денег, науки давались ему легко."

"В конце лета следующего года я узнал из газет, что произошло первое в истории сражение двух эскадр броненосцев. Двадцатого июля в Адриатическом море у острова Лисс сразились итальянцы с австрийцами. Первых было больше, вторые были дисциплинированней и лучше обучены.

В итоге итальянцы потеряли два броненосца и шесть с лишним сотен моряков, а австрийцы всего сорок человек. Флагман итальянского флота «Ре д’Италия» водоизмещением пять тысяч семьсот тонн был протаранен австрийским флагманом «Эрцгерцог Фердинанд-Макс» водоизмещением пять тысяч сто тонн и затонул, канонерка «Палестро» водоизмещением две тысячи тонн загорелась от зажигательных снарядов и взорвалась. Морально подавленные итальянцы, хотя всё ещё превосходили австрийцев количественно, покинули место сражения, что издревле считается поражением.

По результатам этого сражения продвинутые морские вояки всех стран сделали вывод, что отныне главное оружие — таран, что история сделала виток и вернулась к временам древних греков и римлян. Я не стал их разубеждать. Следующие морские сражения сделают это лучше меня.

Этот человек появился в моем офисе в начале октября тысяча восемьсот шестьдесят восьмого года.