Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Тремя: все, что связано с Богом. И я говорю: «Значит, получается лицемерие. Значит, вы противоречите сами себе. Это ж родные. Чем моих родных въебут, я лучше сам пойду!».

Он смотрел на меня, как бы требуя, чтобы и я признал его правоту.

– Ну вот такие качели: «Если ты готов отказаться от своих родных – базара нет. Я тебя пойму. Если не готов – нахер ты мне рассказываешь»?

– В общем, рассказал ты им политику партии.

– Кто смог, тот смог, – подтвердил он. – А, в итоге, когда «Вагнер» приехал, там тоже пиздоболов хватало, которые на публику играли.

Нас записалось двести с чем-то, а уехало пятьдесят девять.

– То есть часть струсило? И тут только те, кто действительно очень замотивирован?

– Угу. – кивнул он – А как было? Там нас построили на плацу, когда «Вагнер» приехал. «Все, здорова, пацаны, – говорят. – Это легальное ОПГ. Нам нужны убийцы, разбойники, бродяги, грабители». В цвет прям преподнесли все. Было видно, что они знали, на что давить. Тоже сидельцы. Типа: «Добро пожаловать. Вам здесь понравится».

И рассказали, что вот у нас четыре столпа, за что идет наказание. Он говорит: «Назад дал – санкции. Любой секс с флорой и фауной – санкции. Алкоголь и наркотики – санкции. Мародерка – санкции». Ну все по-людски, в общем. Ничего лишнего.

– То есть с «понятиями» расхождения нет?

– Никакого. Ясность полная. Вечерняя проверка закончилась, а наш отряд первый заходил с вахты. Я вижу, «локалка» открыта, я к отряднику поворачиваюсь и говорю: «Сергеич. Слышь, я пошел». Он говорит: «Не надо!».

А я пошел. Я знаю, у нас в отряде, наверное, человек двадцать пять собиралось идти. Ну я вышел, получается, первым с лагеря и пошел. Пообщался. Мне говорят: «Готов?». Ну, там еще пару вопросов.

Я говорю: «Готов, конечно!». Смотрели в основном на внешний вид сперва и на физику. Приседать заставляли, отжиматься.

И все, выхожу и понимаю, что все, кто собирался, – зассали. Говорили, а внутри душка нету. «Парфен» и другие – вот эта чепуха вся. Залетаю и у меня реакция такая: «Ты раз сказал, соответствуй своим словам, ты же мужик!».

Локалку открываю, говорю: «Ну все, молитесь Богу! К утру я вас всех в гарем загоню!». Ну я так, чисто шугнуть – и спать лег. А они всю ночь, бедолаги, не спали. В итоге набралось нас двести человек."

"А на следующий день, как «Вагнер» уехал, все эти шавки побежали отказную писать. Они вроде как рисанулись, а потом, видать, с этой мыслью переночевали и понеслась. Все на вахту ломятся – просто пачками – «отказуху» писать.