Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Сражение шло на краю лабиринта и, насколько можно понять, успех не улыбался Кукловоду.

- Я смогла совместить красоту и эффективность! Не укрепление, а шедевр искусства!

Нави проворчал:

- Они все равно пройдут лабиринт. Вы задержали их на полдня, может, на день.

- Сударь, вам обязательно портить мне настроение? Порадуйтесь хоть чему-нибудь!

Он только вздохнул:

- Пора начинать…

И пошевелил пальцами, разминая руку в Перчатке. Мира никогда прежде не убивала людей, не хотела и сейчас, тем более – с помощью Предмета.

Она была рада, что эту тягостную роль взял на себя Нави. Но не подло ли – приказывать другому то, что стыдишься сделать сама?

- Позвольте мне, - нетвердо сказала Мира.

- Уверены?

- Нет. Я не хочу убивать.

- Так и не делайте этого.

- Но я же отдаю приказ. Лицемерно делать вид, будто я – не убийца.

Он резко мотнул головой:

- Человек имеет свободу воли. Приказ командира – всего лишь набор слов.

- Солдат обязан подчиняться!

- Вовсе нет. В конечном счете, человек выбирает сам. Между совестью и страхом, между собственным решением и чужим, между покорностью и честью.

Я признал вашу власть надо мной, но это было моим выбором.

- А если я отдам приказ, противный вашей совести?

- Я не выполню его. Как и вы бы не стали на моем месте.

Мира оставила Перчатку у Натаниэля.

- Сударь, приказываю нанести удар по силам Кукловода.

Юноша вздохнул и направил Перчатку. Одна из ледяных глыб поднялась в воздух.

* * *"

"Когда говорят: «Войско в столько-то тысяч», - имеют в виду количество бойцов.

При этом любой офицер понимает: реальная численность армии примерно вдвое больше. Войско сопровождает множество безоружных людей – обозных, кучеров, поваров, землекопов, портных, кузнецов… и так далее, и тому подобное. Эту невооруженную братию в старые времена обозначали метким словом «хвост». Сейчас лорд Эрвин воочию убеждался в его точности.

Ударные полки Кукловода вчера вышли к долине Первой Зимы и нынче утром уже вступили в бой, а длиннющий хвост армии до сих пор продолжал ползти. Эрвин лежал на выступе скалы, сверху глядя на Лидскую дорогу.

По ней тянулся бесконечный шейландов обоз. Волоклись телеги, накрытые мешковиной; дремали на козлах возницы в тулупах. Топали ослы с корзинами на боках, серая их шерстка припадала снегом. Устало брели погонщики, повесив на плечо свернутые кнуты. Кутались в плащи малочисленные солдаты охраны. За милю отсюда гремела битва, но тут, в хвосте, люди едва не засыпали на ходу.

А вот спутники Эрвина были полны азарта.