Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Однако меня не покидает надежда, что все-таки в тебе проснется совесть, – дядюшке повезло, что он удалился сразу же после этих слов, иначе его жизнь могла бы оборваться раньше отведенного ему времени.

Странное дело, но я до последнего верила в то, что граф Макинли вспомнит о моем существовании не тогда, когда ему что-то от меня понадобится, а гораздо раньше. Последние дни, наполненные страхом, отчаянием, не смогли довести меня до слез, а сейчас, как бы ни старалась, все же не справилась с нахлынувшими эмоциями и разрыдалась.

Слезы лились по щекам и никак не хотели заканчиваться. Я злилась на себя за эту слабость, но ничего не могла с собой поделать.

В какой-то момент моя интуиция подсказала, что, невзирая на предупреждения Дамиана о командировке, увижусь с ним этим вечером. Так оно и вышло. Едва в семь вечера открыла на настойчивый стук дверь, предполагая, что это в очередной раз явились стражники, чтобы проверить все ли со мной в порядке, как встретилась с зелеными глазами артефактора.

– Оливия, что случилось? – встревоженно посмотрел на меня Дамиан. Я представляла, насколько сейчас ужасно выглядела после того, как проплакала несколько часов подряд. Вместо вразумительных ответов и объяснений из горла вырвался всхлип, и я снова разрыдалась, закрыв лицо руками. Он прижал меня к своей груди, и я доверчиво прильнула к нему, отбросив в сторону все предосторожности. Мне сейчас, как никогда ранее, необходимо было знать, что в этом мире есть человек, который не отвернется от меня и не использует в своих целях, на которого можно целиком и полностью положиться.

Уже тот факт, что Дамиан собирался отказаться от заветной должности ради моей свободы, говорил сам за себя. – На сердце было так тревожно, что едва я вернулся в город, сразу же направился к тебе, – он нежно коснулся моей щеки. Этот жест выглядел проявлением заботы. – Ты расскажешь, что произошло? – бархатистый голос прозвучал настолько успокаивающе, что слезы постепенно сошли на нет, и я утвердительно кивнула.

Мы прошли в кухню, где на этот раз хозяйничал Дамиан, пока я делилась с ним своими впечатлениями от встречи со своим единственным родственником. Его также возмутило поведение моего дядюшки, это было видно по желвакам, заигравшим у него на скулах, тем не менее он старался скрыть от меня свое истинное состояние.