Name: 1000 не одна боль
Author: Ульяна Соболева

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Кто-то вставал на ноги… кто-то не сразу, а кто-то и вовсе так растением и лежал.

— Встанет! — мрачно подытожил ибн Кадир и залпом осушил кувшин, — Раз выжила значит встанет!

Вернулся обратно на шкуры, на себя привычным движением девушку уложил, обвивая сильными мощными руками хрупкое тело и вырубился, запрокинув голову назад. Когда уснул, в пещеру Анмар пробрался и рядом улегся, поглядывая на знахарку свирепыми желтоватыми глазами и слегка скалясь, показывая ей, что теперь он охраняет обоих и ее не подпустит. Преданный убийца так похожий повадками на своего хозяина.

— Да, ладно тебе, псина. Я и не собиралась. Но ты в своем праве. Охраняй.

Утро покажет, что их всех ждет дальше и к какому ответу ее еще призовет ибн Кадир. Ей предстояло вспомнить всех, кому она в свое время яд продала. Ведь время волнений отступит и наступит время мести, а месть Аднана будет страшной. И ведьма знала на кого эта месть обрушится… хотя и не была уверена, что это она. Зарема за ядом к ней никого не присылала.

ГЛАВА 17

Старая ведьма оказалась права — Альшита не смогла встать с постели.

Она открыла глаза и долго смотрела на него своими чернильными омутами полными боли и отчаянной тоски, с хрустальным блеском слез, и Аднану хотелось заорать, взвыть от осознания, что не уберег и что обещал ей, что с ней ничего не случится… И случилось, случилось самое страшное из всего что он мог себе представить."

"Он не думал, что можно свихнуться в какие-то считанные мгновения… но ему уже никогда не забыть, как увидел ее лежащей на полу и для него все остановилось и замерло, земля перестала вращаться и кислород больше не насыщал легкие.

Можно стать просто совершенным психопатом и ощутить, как паника сковывает всю твое существо настолько, что мозг отказывается воспринимать происходящее. Смотреть как умирает на твоих руках единственная женщина, которой сказал «люблю» ведь это совершенно не имеет ничего общего с тем смертями, что он успел увидеть до сих пор. Он убивал сам, он закрывал глаза своим друзьям и преданным воинам… но еще никогда дыхание смерти не касалось так сильно его сердца и не сжимало его ледяными клещами необратимости.

И бессилие так похоже на агонию, ничтожное жалкое осознание собственной никчемности. Она так стонала, так мучилась, что он готов был выть от отчаяния и биться головой о каменные стены пещеры, вышибая себе мозги. Она молила спасти ее, она просила прекратить боль и звала маму… Не его… его так ни разу и не позвала. Но ему было все равно.