Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Это случилось в Марселе. Однажды утром де Сад в компании слуги отправился в местный публичный дом, где провел почти целый день, развлекаясь с присущей ему изощренностью сразу с пятью девицами. Он кормил их возбуждающими конфетами, «угощал» излюбленной плеткой, перемежая эти забавы интимными играми, среди которых анальный секс был самым невинным.

Перепуганные жертвы тут же подали властям жалобу об истязаниях и отравлении. Полиция вновь принялась за расследование. И хотя история с отравлением не подтвердилась (несмотря на то, что девиц почти неделю мучили сильные боли в животе), события приняли для де Сада серьезный оборот: его обвинили в свальном содомском грехе.

А в те времена во Франции этот вид преступления карался смертью. Посему решение суда предписывало ни больше ни меньше как «отрубить де Саду голову», а его слугу Латура «повесить на виселице». Заканчивался приговор грозным требованием: «Тела де Сада и Латура должны быть сожжены, а прах их развеян по ветру»."

"Парламент Прованса утвердил решение суда, но поскольку оба преступника успели скрыться, показательной казни подвергли их соломенные чучела.

Одному снесли на глазах сотен любопытствующих горожан голову, другое повесили, после чего оба чучела сожгли, а прах, как того требовал суд, развеяли по ветру.

Маркиз же в это время вовсю развлекался в Италии с родной сестрой своей жены мадемуазель Анной. Причем у де Сада вдруг обнаружились способности драматурга, и он занялся постановкой эротических спектаклей, задействовав в них не только Анну, но и свою жену Рене.

И вот тут-то, наконец, лопнуло терпение суровой тещи де Сада. Отныне она стала смертельным врагом своего зятя. И поскольку неприятелем она была могущественным, с многочисленными, простирающимися далеко за пределы Франции связями, то после личного вмешательства короля Сардинии французский подданный де Сад без лишних слов был взят под стражу и препровожден в крепость Миолан.

А что же делала Рене? С точки зрения ее матери, поступки дочери иначе как безумными трудно было и назвать.

Узнав об аресте мужа, Рене, в целях конспирации, облачилась в мужской костюм, надела парик и отправилась к месту его заточения. Никем не узнанная, она пыталась разными средствами вызволить узника, но сделать ей это не удалось. В Париж Рене вернулась ни с чем. Однако через четыре месяца она вновь оказалась у стен крепости — теперь уже в роли организатора побега. На сей раз ее замысел удался, и маркиз снова оказался на свободе.