Чудские копи читать онлайн

А о том, что это орудие преступления, говорила тонкая полоска крови, засохшая вдоль деревянной рукоятки.

Абатуров сорвал с куста листочки, с их помощью поднял нож, опустил в пластиковый пакет и положил на место, придавив сверху камнем, – это уже для сохранения следов преступления, которые станет фиксировать прокуратура.

Именно эта находка вдруг обернула интеллигентного, даже лощеного Балащука совершенно неожиданной стороной. Еще минуту назад все-таки были сомнения, что он в состоянии хладнокровно кого-то зарезать.

Причем ударом, после которого не выживают: судя по количеству вытекшей крови, лезвие перехватило аорту и легочную артерию. Должно быть, убитый был сильным, выносливым человеком, и сердце работало еще досточно долгое время, вытолкнув, по сути, всю кровь из организма.

К плите он вернулся с горящим лицом и надеждой, что день сегодня просто удачный, а значит, найдется и труп. Глаза настолько привыкли шарить по сторонам, что, отдыхая и раздумывая, докладывать Ремезу или еще рано, он снова обратил внимание на отпечаток тела и попытался понять его происхождение.

Внешне это выглядело так, словно человека выхлопали о камень, как пыльный мешок, а потом взяли и унесли. Абатуров достал складник, раскрыл его и пошевелил легкую, пылеватую массу, напоминающую перепревший лишайник. Под трехмиллиметровым слоем лезвие вдруг глухо звякнуло о металл. Тогда он осторожно сгреб труху и подковырнул круглую, стальную бляху, величиной с суповую тарелку.

Догадка была невероятной, однако крепкие еще нервы выдержали и рука не дрогнула. Используя лезвие, как щуп, он исследовал все пятно и обнаружил еще четыре бляхи меньшего размера и, разложив их тут же на плите, получил латы, когда-то нашитые на одежду, – по описанию такие же, какие видели шорские певуньи на живых ушкуйниках.

То, что он принимал за прелый лишайник, было на самом деле прахом, оставшимся от человека. Сочетание его с довольно свежей кровью не укладывалось даже в его видавшее виды сознание.

Точнее, объяснение находилось: тело сожгли кислотой. Но какая же это была кислота, что уничтожила мягкие ткани, кости, сухожилия и одежду практически без остатка, если не считать тонкого слоя пыльной трухи, – вот это не вмещалось ни в какой опыт. Труп буквально истлел, как если бы его бросили в конвекторную печь, но при этом невредимыми остались железные пластины, когда-то защищавшие грудь.