Другая жизнь оборотня читать онлайн

Маленькая деталь: около деревни Зайцево никакой реки нет. И еще. Галя Мартынова, как и я, воспитывалась бабушкой, ее родители умерли. Со стороны Галки на той свадьбе присутствовали я с детьми, Оксана Глод и Ксюша Ткач, мы все много лет дружим. Более никого из близких невесты не было. А вот у жениха набралась куча родственников из провинции, в основном из какого-то города за Уралом. Приятные люди, но простые. Мы с Оксаной и Ксюшей чувствовали себя среди них не то что белыми – рыжими воронами. Присутствующие произносили слова, которых мы не понимали – местный диалект.

– Да, – кивнула Луиза. – Он был профессором и академиком."

"– Господина Шкодина я бы непременно заметила, – договорила я. – Полагаю, лучше нам с Феликсом потихоньку уехать отсюда.

– В завещании четко указано: если кто-то из получателей подарка отправится домой, не взяв презент, остальные тоже их лишатся.

– Феоктистов умер, – возразила я, – значит, всем надо разъезжаться.

– Почему?

Вопрос вдовы меня удивил.

– Наверное, Лариса захочет уехать.

– Нет, она решила остаться, – возразила Луиза и толкнула створку.

Маневин стоял около стеллажа, я подошла к нему и предложила:

– Давай прогуляемся по окрестностям? Здесь есть старый монастырь с подземными захоронениями.

Но муж не слышал меня.

– У Виктора Марковича потрясающая библиотека. Вот, например, эта книга. Я за ней безуспешно лет десять гоняюсь. Автор Курт Венцель известен своими радикальными взглядами и эпатажными научными работами. Его труд «Немцы не существуют» вызвал бурю негодования в Германии. Венцель в детстве уехал в Америку, учился там, работал. А потом решил доказать, что немцев нет. И никогда не было. Видишь ли, основу формирования немецкого этноса составляли такие германские племена, как алеманны, бавары, франки, саксы, лангобарды, маркоманы, готы, швабы, и другие, заселившие в Средние века территорию нынешней Германии.

Я кашлянула.

– Милый!

– Образовалось Восточно-Франкское королевство, – продолжал, будто не слыша меня, Маневин, – с десятого века оно стало Тевтонским…

Я повысила голос:

– Дорогой!

Феликс осекся.