Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ты этим и займёшься!

– Но… – в смятении опустив ниточки глаз вниз, произнёс Борунахх, – Это очень опасно! Мир Земли мало изучен и там практически нет нашей власти.

– Тогда катись в свой Родовой Кокон, влачить жалкое существование, а на твоё место найдутся более решительные Истинные! – безапелляционно заявил Повелитель Сущего.

– Спасибо, что даёшь выбор Владыка. – после секундной паузы, понуро сказал Мастер Приручений, выделяя запах обречённости, – Я согласен отправится и найти посланника для наших целей.

"– Не сомневался! – хмыкнул Мординахх и исчез из головы.

Так плохо Борунахх себяе щё не чувствовал – ещё ни разу он не подвергал свою сущность настоящей опасности. Утешало одно – его рейтинги Полезности и Уважения снова поднялись на верхние строчки. Значит, Повелитель его простил.

* * *Алехандро Перес налил в хрустальный стакан ""Dictador"" и стал рассматривать жидкость, причудливо играющую с солнечными бликами. Мог ли он представить себе мальчишкой, что придёт время, когда бутылка сорокалетнего рома, на деньги от продажи которой можно прожить полгода, станет просто ещё одним пойлом, расслабляющим нервы? Тогда – не мог.

Родившийся в семье наркоманов, где всё воспитание ребёнка возложили на бабку, тоже не отличающуюся нравственными устоями, Алехандро рос слабым мальчиком, часто находящимся из-за болезней между жизнью и смертью. Хотя нет… Ещё не Алехандро, а Диего – судьба не раз заставляла его менять паспорта, скрываясь от Интерпола и местной продажной власти.

Но тогда маленький Диего ещё не знал своей судьбы. Бабка, старая пьянчужка, умерла первой, а вслед за ней и родители, неудачно вколовшие себе “дозу”, купленную одну на двоих в дешёвом притоне. И погибнуть ему в негостеприимных колумбийских трущобах безвестным беспризорником, если бы не характер и жажда к жизни. Однажды, зайдя на чужую территорию, чтобы совершить пару мелких карманных краж, он нарвался на банду конкурентов. Семеро ребят, старше его на пару лет, не стали терпеть пришлого, а со всей детской жестокостью стали избивать, явно желая покалечить мелкого ""шакалёнка"", а то и прибить в назидание другим.

Диего не сдавался, вертясь ужом среди мелькающих рук и ног, огрызаясь, кусаясь и царапаясь. Шансов победить не было, но быть простым мясом он не хотел. Конечно, его б убили, если бы рядом с ними не остановилась большая, чёрная машина и и из неё не вышли двое мужчин с красивыми татуировками.