Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Крепкий стол, лавки, полки для припасов. В углу — кровать с толстым тулупом вместо одеяла.

Я провёл рукой по гладко отёсанной балке, чувствуя под пальцами твёрдость качественного дуба. Такое сооружение простоит ещё очень долго.

Но самое главное — подпол. Спустился туда, Красавчик заискрил, освещая всё вокруг, а я… обомлел. Огромное подвальное помещение. Сухое, прохладное, явно можно сделать различные отделения. Идеальное место для хранения кормов, реагентов, всего необходимого для будущей работы. Что тут делал этот Григор? Это не просто изба, человек явно постарался!

В подполе уже стояли массивные стеллажи, правда пустые.

Но, как ни крути, работы требовалось много. Прямо сейчас всё это было непригодно для моих планов — что-то нужно было восстанавливать, всё же много времени прошло. Однако азарт в груди разгорался с невероятной силой. Перед глазами замаячили перспективы.

— Вот это да, — прошептал я, поднимаясь наверх.

Красавчик бегал по избе, принюхиваясь к углам. Ему тоже нравилось новое жилище.

Я вышел на крыльцо и ещё раз окинул взглядом поляну и несколько хозяйственных построек рядом. В воображении уже рисовались картины будущего.

Не просто выживание. Настоящий бизнес. Я могу приручать, ухаживать и тренировать здесь магических животных. Если не всех — то многих."

"Я глубоко вдохнул лесной воздух, полный ароматов хвои, прелых листьев и той особенной свежести, что бывает только в глуши.

И почему здесь никто не живёт?

* * *Утренний туман следующего дня ещё цеплялся за верхушки деревьев, когда я устроился на берегу ручья с самодельной удочкой.

Вода журчала спокойно, отражая первые лучи солнца, а воздух пах свежестью и прелой листвой.

Впервые за все время пребывания в этом мире я почувствовал себя по-настоящему дома. Никаких деревенских сплетен, никаких косых взглядов, никаких осточертевших речей старосты. Только я, лес и тишина, нарушаемая лишь птичьими трелями да плеском рыбы.

Я закинул удочку в омут под склонившейся ивой и откинулся на спину, подложив под голову руки.

Здесь можно было думать и планировать что-то. Изгнание оказалось подарком — теперь я мог заниматься тем, что действительно умел.

Взгляд невольно скользнул вглубь леса, туда, где деревья становились гуще.

Метрах в двухстах от ручья лес… менялся.

Стволы там казались темнее, будто покрытые черной корой. Кроны сплетались так плотно, что солнечный свет едва пробивался сквозь них, создавая зловещий полумрак.