Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Запомни, ты никогда не станешь Звероловом! Тебе нельзя, твой отец…

— Заигрался, — перебил Григорий и кивнул. — Решил, что может приручить медведицу Алой Кости в момент её наивысшей ярости. Зверолов нашей ступени даже не стал бы пытаться — смертный приговор. А он понадеялся…

Я нахмурился, переваривая информацию. Общая картина всё равно не складывалась. Опять за своё, про эту медведицу. Неужели реально думают, что я могу поверить им?

Ефим вдруг схватил меня за плечи, его глаза впились в мои.

— Максим, мальчик мой, я не хочу, чтобы ты повторил судьбу отца, услышь меня! — в его голосе звучала искренняя тревога, но что-то в ней фальшивило. — Ты толкнёшь сам себя на безумные риски, переоценишь свои силы, как и отец! Подумай о матери.

И тут я мысленно хмыкнул. Ну кому ты это всё говоришь, старик? Бьёшь в одно и то же место, лишь подтверждая все мои подозрения.

— Получу разрешение и буду осторожным.

— Бесполезно, — отрезал Ефим. — Разрешения я не дам! Из лучших и благостных целей, мальчик!

Григорий молча кивал, подтверждая слова старосты.

— Я не могу позволить тебе начинать путь Зверолова в ближайшие годы, — продолжил старик. — Слишком опасно. И для тебя, и для деревни.

— То есть разрешение…

— Ох, не даст тебе его король, ох не даст, ведь главы совета одобрение нужно, — признался он с кривой улыбкой.

От этой набившей оскомины интонации я стиснул зубы, чувствуя, как во мне закипает раздражение.

С самого начала он лжёт мне, манипулирует, пытается запереть в четырёх стенах под предлогом заботы! Но я-то сразу видел, что дело в другом. Но вот в чём конкретно? В истории с отцом? Подставил его? Или просто в моей особой силе? А может и ещё в чём-то. Я планировал с этим разобраться, и теперь знаю с кем поговорить. Ефим даже сам не знает, что только что дал подсказку. Но сейчас, пока он думает, что между нами установилась связь…

— А обряд когда можно пройти?

— Ох, а зачем он тебе сейчас, мальчик, если всё равно ловить нельзя! Подумаем об этом потом, через лет может пять, — туманно ответил Ефим.

— Когда буду уверен, что ты не наделаешь глупостей. Пока же тебе лучше жить тихо, не высовываться. Хорошо, что твоя мать всё понимает и тоже против. Умная женщина.

Я посмотрел на свои татуировки, на эти загадочные завитки."

"Нет, он боится не того, что я погибну, как отец — это уж точно бред.