Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Время от времени он останавливался, принюхиваясь к воздуху, и я видел, как его маленький нос дрожит, улавливая запахи.

След терялся на каменистом участке, где грунт был слишком твёрдым для отпечатков. Но я знал, что делать, не зря учил читать природу, а не только следы на земле.

Внимательно осмотрел окрестности. В сибирской тайге я давно научился видеть историю, написанную на языке сломанных веток, примятой травы и потревоженной лесной подстилки."

"Кусты барбариса росли особенно густо, образуя естественные коридоры между зарослями.

На некоторых ветках я заметил что-то интересное. Подойдя ближе, разглядел крошечные клочки шерсти на колючках — серо-коричневые, жёсткие на ощупь, с необычным металлическим отливом.

— Вот и ты, — пробормотал, аккуратно снимая шерстинки с шипов. — Протискивался тут, да зацепился.

Пощупал волоски между пальцев. Странная структура — каждая шерстинка казалось полой внутри, как игла. И расположение клочков говорило о многом: они висели на уровне моего пояса, значит, зверь был крупнее обычного зайца.

А направление, в котором были повёрнуты зацепившиеся волоски, показывало путь его движения.

Я встал и пошёл по этому невидимому следу. Там — обломанная ветка на высоте полуметра, явно задел кто-то тяжёлый. Здесь — едва заметная вмятина в мху, слишком глубокая для его веса. Значит, он не просто бежал — прыгал. Мощно отталкивался.

— Задние лапы сильные, — пробормотал себе под нос. — Как у зайца, но мощнее.

Красавчик тем временем принюхивался к каждому кусту, его поведение подсказывало мне направление.

Вдруг горностай замер, навострив ушки, и уставился в заросли кустарника слева от нас.

Я инстинктивно затаился. Когда звери вот так замирают, значит, что-то происходит. Прислушался, задержал дыхание.

Сначала тишина, а потом…

Вот оно — едва различимое шуршание! Не ветер, движение слишком ритмичное. Что-то осторожно перемещалось в зарослях, методично, будто обнюхивая каждую веточку.

Кормится. Не убегает, не прячется. Завтракает.

Медленно повернул голову в ту сторону. Между ветками мелькнуло что-то серое. Я начал подкрадываться, ставя ноги так, как учил дед — сначала носок, потом пятка, вес тела переносить плавно.

Ошибка.

Здешние звери не такие, как в моём мире. Чёрт бы побрал их обострённые чувства к татуировкам Зверолова.

Как только я сделал первый шаг, даже самый бесшумный, из кустов выскочило нечто невообразимое.

Тело зайца, но крупнее — размером с небольшую собаку.