Измена по-венециански читать онлайн

— Когда я выделила ее вам в помощь, ваши люди говорили, что работа будет заключаться в простом сборе информации.

Ни один из мужчин не ответил. Стефани переводила взгляд с одного на другого.

— Где медальон? — спросил наконец Дэниелс.

Стефани передала ему монету.

— Не хотите рассказать мне, что за всем этим стоит?

Стефани чувствовала себя грязной с ног до головы. Больше всего на свете ей сейчас хотелось принять ванну и лечь спать, но она понимала, что это несбыточные мечты. Она терпеть не могла, когда ее допрашивали, но, во-первых, перед ней находился президент Соединенных Штатов Америки, а во-вторых, он только что вытащил ее из тюрьмы.

Поэтому она покорно рассказала про Кассиопею, Торвальдсена и их просьбу о «небольшом одолжении». Президент слушал ее, подавшись вперед, с напряженным вниманием, а когда Стефани закончила рассказ, сказал:

— Расскажи ей, Эдвин.

— Что вам известно о верховном министре Зовастиной?

В гудящей от усталости голове Стефани всплыли детали из досье Зовастиной. Родилась в рабочей семье на севере Казахстана.

Отец погиб, воюя против нацистов за Сталина, мать и остальные ближайшие родственники — во время землетрясения, случившегося сразу после окончания войны. Она росла в детском доме, пока ее не взял в свою семью один из дальних родственников матери. Окончила ленинградский институт, стала экономистом, в двадцать с небольшим вступила в коммунистическую партию и выбилась в председатели местного Совета депутатов трудящихся. Затем Зовастина проложила себе дорогу в Центральный комитет компартии Казахстана, а оттуда — к должности председателя Верховного Совета республики. Она первой начала проводить земельную и другие экономические реформы и вскоре превратилась в непримиримого критика Москвы. После того как Казахстан обрел независимость от России, она стала одним из шести членов партии, принявших участие в первых выборах президента. Когда двое лидеров не набрали нужного большинства, они были сняты с дистанции, и во втором туре победила Зовастина.

— Я усвоил давным-давно: если тебе приходится убеждать кого-то в том, что ты ему друг, значит, в ваших отношениях что-то неладно, — философски проговорил Дэниелс. — Эта женщина считает нас кучкой идиотов. Нам такие друзья ни к чему.

— И все же вам приходится стелиться перед ней.

— Увы, — коротко ответил президент и снова отхлебнул из стакана."

"— Центрально-Азиатскую Федерацию нельзя недооценивать, — заметил Дэвис. — Это земля закаленных людей с долгой памятью.