Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Это ведь должно быть и ее решение тоже, не так ли? — вдруг заявил он, ядовито улыбаясь. — Ты не можешь принять это решения за нее.

Мне захотелось втащить своему лучшему другу. Но вместо этого я зарычал от досады."

"Даня поднялся на ноги, взял ключи со столика рядом с моей кроватью. Его лицо все еще было искажено гневом, когда он принялся натягивать куртку.

— А теперь я поеду, заберу твою подружку и привезу ее сюда. А когда вернусь, надеюсь, твои мозги встанут на место и ты изменишь свое решение.

Еще раз сверкнув глазами, Даня вышел из палаты, громко хлопнув дверью.

Я откинулась на подушку, зажмурил глаза и медленно начал дышать, сжимая и разжимая кулаки.

Громов не понимал меня.

Ксюша не могла быть моей. А я не мог быть ее…

Может быть, когда придет время. Когда я стану сильнее. Когда я исцелюсь.

Но сейчас я не мог дать ей любовь, которую она заслуживала. И было неправильно давать ей ложные обещания о будущем. Я не хотел, чтобы она ждала меня. Она заслуживала все самого лучше прямо здесь и сейчас.

Поэтому мне придется отпустить ее.

Даже несмотря на то, что это должно было глубоко ранить не только ее, но и меня самого.

Я открыл глаза и уставился в потолок. Затем слегка повернул голову в сторону, я пробормотал:

— Влад, я знаю, что ты не спишь.

Он вздрогнул, потом медленно снял с головы капюшон. Рябинин поднял голову и встретился со мной взглядом.

— Как давно ты проснулся?

— Только что, — Влад пожал плечами.

— Что ты слышал?

Он помолчал секунду, а потом пробормотал:

— Ты действительно уезжаешь?

Я ничего не ответил, а Влад воспринял это как подтверждение, отчего на его лице промелькнула обида и он отвернулся.

Мне стало жаль его. Владу, как и мне, нелегко пришлось в детстве — он метался от одной семьи к другой после развода родителей, пытаясь угнаться за повторными браками матери. Он рос угрюмым, язвительным и замкнутым, из-за чего над ним часто издевались.

Когда я впервые встретил его, он лежал на земле в окружении парней намного крупнее его, которые запинывали его ногами.

Я спас его и с тех пор мы стали друзьями.

— Я помогу тебе.

— Поможешь? — переспросил я, взглянул на него.

Влад некоторое время не сводил с меня глаз, а потом, кивнув, повторил:

— Помогу.

Он меня ничуть не удивил.

Рябинину никогда не нравилась Ксюша.

Он никогда не верил в наши отношения. Он вообще не верил ни в какие-либо отношения.

— И каков твой план? — непринужденно спросил он меня.