Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

- Мартин, ты что, умом повредился?

- Похоже на то, - со странной интонацией проговорил Алекс. Тротт сжался на полу, дрожа мелкой дрожью.

- Он все правильно делает, – просипел он едва слышно. - Кот? Ты жив?

- Да, мой неожиданный друг, - прерывающимся от облегчения голосом отозвался блакориец.

- Еще один обратный щит кинь на меня. В лаборатории… вскрыл уже?

- Вскрыл, - признался Мaртин, кастуя еще один купол.

- Засранец. Там… секция эф-тридцать-шесть. Найди импликант с рисунком как у меня на плечах и антидемонический репеллент.

И принеси сюда.

Мартин умчался в сторону лаборатории. Там что-то загрохотало,инляндец поморщился. Свидерский с нехорошей задумчивостью разглядывал его. Встретился с Максом взглядом, заиграл желваками. Тротт усмехнулся, борясь со слабостью сел, обхватил себя руками.

- Увидел уже? Объяснять ничего не надо?

- Наоборот, - холодно и очень резко ответил Свидерский. - Необходимо.

- Да что происходит? - очень нервно спросила Вики.

Бесстрашңо сняла с дивана плед, подошла к Максу, подала ему. Тот принял, но отшатнулся, когда она протянула руку, чтобы просқанировать его.

Прибежал Мартин, настойчиво оттеснил Викторию подальше.

- Родная, – сказал он ласково, но на этот тон никто не обратил внимания, – сделай нам чай, прошу. А Максу поищи молока. Данилыч, - тон его стал жестче, – лицо понежнее. Свидерский хмуро посмотрел на него и опустился в кресло.

Тротт ловко, видно, что не в первый раз, набирал в шприц репеллент, надевал на него крышку с иглами для импликаций и снова выбивал на плечах охранные знаки.

Он уже чуть порозовел и перестал трястись. Принял из рук Вики бутылку с молоком, стакан, и жадно выпил все до капли.

Вики,тревожно оглядываясь на него, вопросительно – ңа Мартина и недоуменно – на Алекса, накрывала стол, и ее это очевидно успокаивало. Мужчины молчали.

Первым не выдержал Мартин.

- Ну что, - сказал он, подходя и протягивая руку Максу, – ты объяснишь нам, наконец, что с тобой?

- Объясню, – буркнул совсем пришедший в себя Тротт и поднялся.

– Все равно собирался. И он развернулся и пошел куда-то в глубь дома.

- И куда ты? – напряженно поинтересовался Алекс.

Ответ был злым и нецензурным, громким, как и хлопок двери туалета.

Макс

Максимилиан Тротт, вполне логично рассудив, что друзья отсюда никуда уже не денутся, а разговор предстоит долгий, решил принять душ и переодеться.