Name: Крепостная
Author: Марьяна Брай

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Еще раз уверившись, что это «милое» создание как раз и вертит нашим Петром, я поторопилась на улицу, чтобы поймать Глафиру до того, как она покажется хозяевам.

Глафира шла по улице не торопясь. Завидев ее, я пошла к воротцам, отделявшим территорию поместья от городской улицы.

— Тебя из дома ли чо-ли выгнали? Такой холод, что хороший хозяин собаки не выпустит, - Глаша убрала от лица ладонь в большой мохнатой у отворота рукавице, и я увидела, что брови и ресницы ее белым-белы.

— Что там получала, Глаш? – перешла я сразу к делу.

— Вся стопка в гумаге, да бечевкой перепутана, но уголок отвернуть можно. Мне и самой любопытно. Вот, тороплюсь, как могу, - девушка подняла небольшой, но видно, что не легкий сверток.

— Айда на кухню. Там поглядим, - поторопила ее я и зашагала к обещающему тепло строению. Нюра сейчас за столом услуживает, Фирс подле хозяина, как верный защитник. Так что там, скорее всего, никого нет."

"В кухне от жарко натопленной печи разливалось благословенное тепло.

Хозяйка дома, пожелавшая убрать из усадьбы кухню, как это стало модно в домах больших городов, не учла, что морозы на Урале не ровня московским да питерским. Тепла печи сейчас хватило бы на всю ночь, и Фирс не жег бы дрова кубами.

Отодвинув вытянувшуюся веревочку, я аккуратно отвернула темную плотную бумагу и увидела под нею стопку из шести журналов. Все они были на французском. Пара содержала картинки с платьями и шляпками, а остальные, судя по изображениям, описывали модные дома.

Мебель и прочий текстиль для обстановки будуаров занимали почти все страницы.

— Ну да, нам сейчас: накануне тяжелого года в самый раз заняться обстановкой, - прошептала я и принялась складывать все журналы на место. Потом завернула и затянула веревкой, как было.

— Чаво? Откуда ты знаешь, что год тяжелый? Не срекай, Наденька, прошу, мне ишо замуж надо выйти, а то засмеют меня. Да и тебе пора подумать про замужество, подруженька, - Глаша запахнула свой затертый тулупчик, натянула рукавицы и, прихватив журналы, отправилась к нашей молодой хозяйке.

Я, не торопясь, пошла следом. Морозный воздух будто охлаждал мысли, успокаивал их, как холод успокаивает горячий ожог.

— Глаша, а ты ничего не заметила за Марьей? Не стала она любопытнее или еще чего? – я догнала подругу у крыльца черного входа.

— А кто на нее смотрит, на Марью-т? – хмыкнула Глаша и вдруг встала как вкопанная.