Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Почти?

– Были случаи, когда у королей рождались дети от любовниц до вступления в брак, или… после смерти жены.

Оу, кажется, я зацепила больную тему. Может у его отца так было? Однако спрашивать сейчас, когда умерла мать Яргарда, точно не стоит.

Мда. В общем картина безрадостная. Брак без любви, но с адекватным (я надеюсь, что он адекватный) мужем и детьми. И одиночество. Что выбрать? Ответ кажется очевидным, но меня грызёт осознание моей беззащитности перед этим мужчиной. Насколько меня хватит, как долго я смогу держать своё сердце в узде? И смогу ли вообще? Отрицать то, насколько меня к нему тянет, глупо.

Делить с ним постель, рожать ему детей и не полюбить? А если он ещё и няшкой будет? Умеет ведь. Каковы шансы? Нэлли будь честна сама с собой. А любить безответно больно. Очень больно. И не важно, муж это… мать… или отец.

– Я могу подумать? – прошу, закрывая глаза.

– Конечно. – мягко замечает мужчина. И я ощущаю движение воздуха рядом. Прежде чем успеваю распахнуть глаза, на щёки ложатся его ладони и губ касаются мужские губы.

– Подумай хорошенько. Особенно о том, что тебе ни с кем так хорошо не будет, как со мной.

От неожиданности данного заявления у меня даже дар речи пропадает. Нет, он конечно хорош, чертяка, но каково самомнение, а! Видимо, выражение моего лица слишком красноречиво, потому что мужчина начинает откровенно смеяться. Ещё и лбом к моему прижимается.

– Нет, милая Нэлли. Я не излишне самоуверен, как ты сейчас думаешь. Всего лишь констатирую факт. Ещё одна особенность брачной связи состоит в том, что нас тянет и будет тянуть друг к другу.

Ни с одним мужчиной тебе не будет так сладко, как с мужем, а для меня все женщины кажутся пресными по сравнению с женой.

Это был контрольный в голову. Нас не просто поженили друг с другом, а ещё и желание размножаться навязали?

– Вы так спокойно это говорите. Вас не раздражает навязанная страсть к женщине, которую вы едва знаете? – восклицаю я, поражённая до глубины души.

– После того, как я одинадцать лет был связан с Тэрэсой? Поверь, хотеть тебя для меня счастье.

– признаётся он и опять меня целует. Жадно, так словно всю жизнь голодал, а я стала его деликатесом. Жёсткие руки опять хватают моё тело и через миг, я оказываюсь сидящей на нем лицом к лицу. Мои ноги разведены и сквозь тонкий батист панталон я отлично чувствую, как топорщатся его брюки. Мужские ладони сжимают мои ягодицы, притягивая ближе, вжимая в возбуждённую плоть, а язык вторгается в мой рот, снося напрочь весь здравый смысл.