Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Очевидно, яд скорпиона парализует или приводит к судороге.

Осмелев, твари подползают ближе и бьют жалами снова и снова лежащую жертву. Из под копошения их тел раздаются вопли, стоны, мольбы, проклятия.

Девушка пытается сопротивляться, но медный кинжал не в силах пробить панцирь скорпионов.

Её изначально оставили здесь для демонстративной казни. Ей не дали шанса, как обещали.

Всё это — сплошной фарс и ничего более.

Солнечный день. Вокруг ревёт возбуждённая толпа. Граждане, бедняки, жители — все они в едином порыве кричат, гогочат, используя всю мощь своих голосовых связок.

Спокойно и привычно взирают на эту сцену стражники и «Чёрная Стража». Для всех вокруг это обыденность, часть повседневной рутины.

В моей голове зреет одна отчётливая мысль: всё это омерзительно. Вся эта фальшь, напускное благородство, искусственное достоинство. Торговый город. Город, избавляющий от цепей. Убежище, где якобы не существует рабства. Приют для каждого. Но всё это сплошная ложь.

Весь Вавилон — опухоль. Рак, который убивает степь, весь регион.

Его болезненное влияние распространяется на всех, кто живёт в этом проклятом городе. Иллюзия современной цивилизации, оазис спокойствия. Это всего лишь слова. За блеском снаружи скрывается гниль, собранная из обоих миров.

Взяточничество и кумовство, рэкет и закабаление игроков, намёки, угрозы и запугивание, систематическое унижение собственных граждан.

Вавилон должен пасть. Рано или поздно. Но этот парад лицемерия и лжи должен быть сожжён. И если никто не видит проблемы в его существовании, то я решу её своими силами.

Я сожгу этот дрянной город до основания. Разрушу Вавилонскую башню. Уничтожу сам символ этой «свободы». И не оставлю после себя ничего…

Меня выдёргивает из невесёлых мыслей голос ведущего.

— А теперь настало время нашего финала! То, чего вы все так долго ждали! Встречаем Пирру «Валькирию» из Спарты, которая бросит вызов… самому Базальту, чемпиону арены! — восклицает ведущий.

И арену сотрясает такой вой толпы, что кажется, будто она вот-вот рассыпется от звуковой волны.

Под бурные аплодисменты на уже убранной и посыпанной свежим песочком арене появляется рыжая воительница. Её доспехи сверкают под палящим солнцем, копьё зажато в одной руке, а круглый щит в другой.

Шлем украшен плюмажем из красных перьев, а аскетичный пояс — красным шитьём. Она похожа на какую-нибудь античную богиню войны. Хоть сейчас статуи ваяй.

Не зря вчера Ди колдовала над «образом» нашей валькирии.