Name: Мертвый остров
Author: Николай Свечин

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Как ты не поймешь?! Это же несправедливо!

– Эх… Где ты ее видал, справедливость-то?

– А видал! – заупрямился спьяну Лыков. – Редко, но видал! Скажи по совести, разве Козначееву место на этом свете? Тварь, чертово отродье! Ему жить не должно!

И грохнул по столу кулаком. Из предбанника сунулся было немец, но увидел, что все в порядке, и убрался обратно. А сыщик продолжил:

– Вот для чего я занимаюсь этим делом. Чтобы не пускать зверье в свой дом, где мои жена и дети живут. И много других приличных людей.

– Занимайся.

Бог тебе в помощь, но не я. Мы с Козначеевым из одного котла баланду хлебали. Есть у каторжных такой обычай: друг дружку не выдавать. Может, слышал?

– Э-хе-хе… Ладно. Как насчет водочки? На одесский коньячок…

Глава 10

Служба

Вокруг Лыкова быстро установился определенный порядок. С утра он в управлении полиции принимал ходатаев. Это называлось у него пилигримаж. Затем сыщик смотрел бумаги. Обедал в обществе Фельдмана либо Голунова, по своему выбору. Он усадил бы их за стол обоих, но Калина Аггеевич не захотел.

Сказал: человеку будет неприятно, да и мне нелестно… После обеда начальник округа упражнялся на дворе. Там ему разложили детали от сломанного локомобиля. Некоторые из них, весом в четыре-пять пудов, можно было использовать в качестве гимнастических снарядов. Неудобно, конечно, но еще неудобнее везти через полсвета гири…

После силовой гимнастики Алексей разгуливал по Корсаковску и окрестностям. Городок скоро ему надоел. Очень зеленый и аккуратный, он, вообще-то, был неплох.

Шоссированная главная улица, деревянные тротуары, постоянно подправляемые. Есть даже фонари! В хорошую погоду с горы открываются живописные панорамные виды. Но каторжные не зря говорят: кругом вода, а в середке беда. Местечко, где все снимают перед тобой шапки за пятьдесят шагов, быстро начинает удручать.

Начальник округа полюбил заходить в единственную в городе японскую бакалейную лавку. Хозяин ее, крепкий и дородный господин Ёэмон, говорил по-русски с грехом пополам.

Но он был очень гостеприимен и всегда радовался Лыкову. Тот покупал бутылочку саки или фунт рисовых конфектов. И долго разговаривал с бакалейщиком о Японии. Ёэмон, большой патриот, хвалил родину, но с уважением отзывался и о России. В лавочке у него висели портреты двух императоров: Мэйдзи и Александра Александровича. Хозяин был вежлив без подобострастия, и это нравилось сыщику. Они пили зеленый чай из маленьких изящных чашечек и обсуждали перспективы Сахалина.