Name: Мертвый остров
Author: Николай Свечин

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Может, сам сбежал, но скорее зарезали и закопали. В торговых банях Вартанова по-прежнему занимались проституцией, а в чайной Рогова играли в карты. Но стычки между надзирателями и каторжанами стали реже. И заметно. Люди начали ходить на работы как-то спокойнее, без ловкачества и истерик. И совершенно прекратились побеги. Лето, а они не бегут… «Бывалые сахалинцы» только пожимали плечами. Палач ходил понурый: маховые деньги[52] закончились, некого сечь!

Все упорядочилось и вокруг Лыкова. Ванька Пан пытался было посоперничать с Голуновым за первенство возле начальника.

Но быстро отступил. Калина Аггеевич умел одной фразой вразумить человека… По молчаливому согласию прислуги он получил титул коменданта Главной квартиры. В этом качестве Голунов стоял над всеми, но вмешивался лишь при необходимости. Исключительность положения каторжного проявлялась в том, что он садился вместе с Лыковым за стол. Иногда по поручению начальника округа он объяснялся с тюрьмой. В поездках Голунов сопровождал Лыкова в качестве телохранителя, для чего ему выдали револьвер.

Збайков остался личным камердинером, а постепенно начал управлять и лыковскими финансами. Алексей отдавал ему свое жалование, и тот вел хозяйство. Закупки провизии, расчеты с прислугой, представительские траты – все теперь шло через Ивана.

Третьим человеком в иерархии как-то сам собой сделался Фридрих Гезе. Молодой человек умел ладить со всеми. Ему прощали даже бесконечные гешефты. Строгий Голунов хоть и бранил Федьку, но всегда за него заступался.

Обходительный и неглупый, лакей был вхож повсюду. Он сумел стать нужным, в том числе, Шелькингу и Ялозо, тонко доводя их интересы до Лыкова. Сердиться на обаятельного мошенника никому не хотелось… Один только Фельдман не доверял проныре и жаловался на него начальнику."

"Однажды на прием к Лыкову явилась единственная в Корсаковске порядочная незамужняя женщина. Надворный советник уже слышал о ней. Клавдия Провна Инцова служила акушеркой в околотке и одновременно провизором в городской аптеке.

Неудачно выйдя замуж где-то в центральных губерниях, молодая женщина вскоре ушла от супруга. Очевидно, случился психический надлом. Инцова решила поставить крест на своей жизни и надрывно помереть среди «несчастненьких», посвятив себя смягчению их участи. Клавдия Провна бросила все и переехала на Сахалин. Она действительно не жалела себя. В любую погоду, в любое время суток акушерка ходила по корсаковским селениям, оказывая женщинам требуемую помощь.