Мертвый остров читать онлайн

Лыков оказался не готов: противник применял захваты ног и даже пинался! Такое бывало с сыщиком в настоящих схватках, но драться ногами тоже надо уметь. Барон дал урок французского бокса, выросшего из савата; показал и каном – фехтование на тростях. Далее пошли армянская национальная борьба кох и татарская – гюлеш. Но выше всего подполковник ставил приемы грузинской борьбы чидоаба, самой сложной и разнообразной. Алексей на Кавказе видел две-три дружеские схватки между любителями и не впечатлился. Но арсенал древнего единоборства оказался обширным: подножки, захваты, болевые приемы, удары руками и ногами.

Сейчас барон изучал японскую систему юютсу, или, иначе, жиу-житсу, и тоже очень ее хвалил. В итоге после сиесты он тумаками поднимал приятеля с дивана и заставлял принимать боевую стойку.

– Вставай, лежебока! – кричал Виктор. – Совсем кабаном сделаешься. Придется тебя на Сахалине лебедкой выгружать. Что я Варваре Александровне скажу?

– Скажешь: недоглядел, – отмахивался Лыков, но очень быстро его сбрасывали с дивана на пол.

Полчаса приятели «растрясали жиры». Алексей время от времени пробовал угостить соперника хорошим лещом, но ни разу не попал. Уморившись, они шли в буфет пить холодное пиво. Потом гуляли по палубе с Бисиркиным. А на стоянках втроем шлялись по диковинным заморским городам. Оказалось, что барон был везде, да не по одному разу. Он давал своим спутникам пояснения, выступал переводчиком, менял рубли на фунты… Штабс-капитан и надворный советник смотрели на все раскрыв рты. Они сначала накупили «на память» всякой ненужной дребедени. Потом Бисиркин опомнился и перестал бросаться деньгами, а Лыков продолжал. Кораллы и большие раковины, персидский ковер, серебряные чаши, чучело крокодильчика и даже зачем-то кальян загромоздили каюту. Наконец барон отобрал у друга бумажник и расплачивался из него сам. Скупка барахла прекратилась.

Алексей постоянно помнил, что внизу, в трюме, плывет Буффаленок. Но все на «Петербурге» было устроено так, чтобы привилегированные пассажиры не пересекались с арестантами.

Последние гуляли лишь по трюмной палубе со стороны кормы. Караул не пускал туда чистую публику. Лыков ходил кругами и выяснил, что через вентиляционные трубы доносятся разговоры каторжных. Много часов он болтался возле них, надеясь услышать голос Федора. Но ни разу это ему не удалось. Между тем судовой доктор рассказал, что среди каторжных очень распространилась тропическая сыпь.