Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Вот только без их активного участия эта самая свобода им не достанется.

— Но ведь будет столько жертв… Тысячи, если не миллиона…

— Ну давай посчитаем, — начинаю загибать пальцы. — Предположим, что погибнет десять миллионов крепостных — это самый трагичный результат, по моим прикидкам. Остальные восемьсот с гаком получат свободу. Как ты считаешь, оно того стоит? Один умрёт, восемьдесят станут свободными.

— Десять миллионов?.. Так много?.."

"— Это при самом худшем раскладе. В среднем где-то 500–800 тысяч.

Не больше. Нужно лишь расшатать власть Императора и разрушить привычные устои, хотя бы покуситься на них… А там вся эта пирамида разрушится как карточный домик. Вот увидишь.

— Ваше Благородие, но почему вы там уверены в успехи этой кампании? — Розалия задаёт резонный вопрос.

— А тут дело в другом… Не хочется говорить, но если мы не справимся, умрут все. Нам любой ценой нужно остановить НКК, а начать придётся с Императора, которым им потакает, — делаю паузу, чтобы Розалия обдумала мои слова.

— Как ты могла заметить, я хотел повлиять на ситуацию верху, сделав Катю Императрицей, но всё пошло не по плану.

— Как всё сложно… — сетует она.

— Чем больше участников конфликта, тем сложнее победить. Но как я уже и сказал, у нас нет выбора. Мир умирает…

— А почему бы не добавить эту информацию в ролик?

— Я тоже об этом думал, но потом решил, что оно того не стоит. Люди должны сражаться за личную свободу и достойную жизнь, а если они узнают, что грядёт конец, у многих могут опуститься руки.

В такие моменты объединить людей довольно тяжело, поэтому я решил оставить эту инфу на случай ЧП.

— ЧП?

— Если начнём проигрывать, или у людей не будет достаточно мотивации, тогда-то и бахнем. Так сказать, оружие последнего шанса «Мёртвая рука». Если нас убьют, то может быть, найдётся тот, кто продолжит наше дело.

— Это так благородно… Мы сражаемся за правое дело, — Розалия улыбается.

— Ты готова умереть ради этой цели? — вдруг спрашиваю я.

— Я готова умереть ради вас, Ваше благородие, — она целует меня в щёку и гладит по руке.

— Ах ты чертовка… Взял бы тебя прямо здесь и сейчас…

— А вот вам мешает, Ваше Благородие? — Розалия оттягивает чёрный топ с вырезом, да так, что наружу вылезает её аппетитная грудь.

— Тут везде камеры… И Лилия сейчас наблюдает за нами…

— Ой! — она прячет свои прелести. — Неловко вышло…

— Ага…

Вскоре из подземного гаража начинают выезжать фуры с провизией и другими плюшками.