Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В волнах, которые вы слышите в отдалении, они оставляют свои яйца бороться с течением, зная, что только самые сильные достигнут берега, где вылупятся и выживут. Когда-то я считал, что птицы, бросающие своих детей без малейшей поддержки и защиты, жестоки.

Его взгляд остановился на Софи, и та кивнула. Она и сама не сразу смогла поверить «Черному лебедю», зная, что они тоже бросили ее выживать среди людей."

"– Но песню, которую вы слышите, – прошептал мистер Форкл, – поют и матери, и отцы, подзывающие яйца к берегу.

И даже когда птенцы вылупляются, их родители продолжают петь денно и нощно – не знаю, ради утешения или в качестве наставлений. Но что я знаю, так это то, что пусть они и оставляют птенцов выживать самостоятельно, они всегда рядом, невидимые, побуждают идти вперед. Именно поэтому я согласился назвать проект «Лунным жаворонком», когда поступило предложение Каллы – не потому, что мы бросали вас, мисс Фостер. А потому, что я не собирался оставлять вас одну по-настоящему. Я планировал всегда быть рядом, направлять вас, как могу.

И даже сейчас, когда от меня осталась лишь половина, я не отказываюсь от своей цели – и не только ради вас. Все в этой комнате под моей защитой. Поэтому, пока мы не ушли, закройте глаза и ощутите мощь их уверенности.

Софи думала, что будет чувствовать себя глупо, стоя рядом с друзьями и плача от смазанной ветром птичьей песни. Но сила и храбрость мелодии проникали в глубину ее сердца. И чем больше она сосредотачивалась, тем больше появлялось в сознании разрозненных образов: крохотных птенцов, покрытых серебристым пухом, мечущихся по белому песку на костлявых лапках.

Она не знала, воображает ли их, или уникально усиленная телепатия соединила ее с мыслями взрослых лунных жаворонков.

Но она передала им: «Все будет в порядке».

– Думаю, пора идти, – мистер Форкл щелкнул пальцами, чтобы закрыть окно и отрезать песню лунных жаворонков, вновь погрузив башню в тишину. – Сомневаюсь, что вернусь сюда в скором времени, – он почти что тоскливо провел рукой по спинке кресла.

– Думаю, лучше вам вернуться в Хэвенфилд и дождаться меня. Мне все еще нужно представиться вашим телохранителям, и, полагаю, вы предпочтете отсутствовать при нашем разговоре. Скорее всего, в нем будет фигурировать изрядная доля угроз.

– Кто еще считает, что Гризель врежет Форклу? – спросил Киф.

– Рад, что ваше чувство юмора осталось нетронутым, мистер Сенсен. Но не забывайте, что теперь у меня вдвое меньше терпения.