Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

А тут – ну, красота же – рынок рядом, супермаркет вообще через дорогу, продукты любые…

– Когда ты успела этому всему научиться? – наблюдая за тем, как подруга ловко отрезает куски ароматного сочного мяса и выкладывает их на тарелки, спросила Лена.

– По ходу жизни, – рассмеялась Юлька. – Ты не сиди, картошку раскладывай, она вон, под одеялом стоит, я ж не знала, во сколько ты явишься, а так горячая будет.

– Не уезжай! – взмолилась Лена с набитым ртом. – На кого ты меня бросишь теперь, когда я привыкла к горячим ужинам, которые не надо изобретать самой? Совести у тебя нет!

Воронкова только рассмеялась в ответ, но ничего не сказала, и Лена заметила, как в глазах подруги промелькнуло что-то незнакомое.

– У тебя все в порядке? – спросила Крошина, отодвигая пустую тарелку.

– Да, – состроив невинную гримасу, отозвалась подруга. – Что может быть не в порядке? Я в отпуске, читаю неплохой сценарий – что еще?

– Ну, не говори, если не хочешь, – слегка обиделась Лена.

– Нечего мне говорить или не говорить.

Если ты про Стаса хочешь спросить, так я все сказала – больше никаких отношений. Уж лучше одной, чем с этим бабником.

– Юль… может, ты немного категорична, а? – осторожно спросила Лена. – Может, стоило дать ему возможность объяснить?

– Объяснить – что? – Ноздри тонкого Юлькиного носика раздулись от сдерживаемого гнева, глаза превратились в щелки. – Что надо объяснять в ситуации, когда тебя буквально застали на горячем? Что это не его тело? Ты всерьез считаешь, что я должна выслушать его бредни и простить? Ленка, ты себя не уважаешь, ладно – я с этим почти смирилась, но меня ты не заставишь поступать так, как ты.

Я ни за что не прощу мужчине того, что он решил сравнить меня с кем-то, понятно? И дело не в том, что я актриса и мы все на себе зациклены, нет! Я прежде всего женщина, у меня есть достоинство, и я никому не позволю его унижать! – Воронкова почти перешла на крик, и Лена невольно зажала руками уши, что мгновенно отрезвило подругу – она притихла, обхватила себя за плечи и замерла на табуретке, став похожа на мраморное изваяние.

– Юль… прости меня… я ведь не знала… – пролепетала Лена, глядя в пол, а сама подумала, что вот она-то простила бы Кольцову что угодно – лишь бы он снова был с ней."

"– Ты ни при чем тут, Ленка… просто я не хочу жить во вранье. Ну, ты только прикинь – вот он задержался где-то, а я уже представляю его в постели с другой, поехал в экспедицию – и я уже думаю, с кем он туда поехал.