Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Андрей вышел и, маневрируя между стоящих машин, пересек дорогу и подошел к Гаврилову и его собеседнику.

Лена открыла окно, но это, конечно, не принесло никаких результатов – на улице было довольно шумно, и о чем говорил Андрей с сотрудником и Гавриловым, она не услышала.

Потом все трое пошли куда-то вперед, и Лена больше ничего не видела. Оставалось только ждать, когда вернется Паровозников. Она достала телефон и позвонила Юльке, попросила, чтобы та не волновалась и не ждала ее.

– А ты где? – с любопытством спросила подруга.

– Не поверишь – стою в пробке с Андреем, тут, видно, авария.

– Бедный Паровозников опять шофер? Вези его тогда к нам ужинать.

– Юля, неизвестно, сколько мы тут проторчим вообще.

– Ну и что? Мы с тобой все равно не ложимся раньше двух, а Андрея тоже никто дома не ждет.

– Ладно, посмотрим. Но если что – ты ложись.

– Ой, да уж разберусь как-нибудь, – рассмеялась Воронкова и положила трубку.

Вернулся Андрей, сел на свое место и чертыхнулся:

– Ну, мы тут надолго. Этот твой Гаврилов въехал в зад микроавтобусу, тот бабахнул впереди стоящий «жигуль», в «жигуле» у деда сердечный приступ, а машина въехала в фонарный столб, и тот согнулся, перегородив дорогу, – короче, полный комплект.

Самое плохое во всем этом – объездных дорог здесь нет, придется ждать, пока все растащат. А Гаврилов, кстати, очень расстроен, куда сильнее, чем должен бы, хоть его тачка нормально покорежилась.

– Ну, мало ли…

– Если хочешь, тут трамвайная остановка недалеко, я провожу, – предложил Андрей, но Лена замотала головой:

– Ты что! Я тебя одного здесь не брошу, даже не проси.

Андрей сжал ее руку и пробормотал:

– Вот как друг ты, Ленка, просто идеальна.

На совещании, которое Шмелев созвал неожиданно в десять утра, Лена клевала носом и все время боялась, что вот-вот уснет. Домой она попала только к пяти утра, не хотела бросать Андрея одного, а потому сидела с ним до тех пор, пока пробка не рассосалась. Поспать удалось всего час, и Лена страшно жалела об этом, лучше было бы не ложиться вообще, а теперь ее развозило все сильнее.

– Крошина, ты по своему делу отчитываться будешь? – услышала она голос Шмелева и затрясла головой, прогоняя сонливость:

– Пока работаю.

– Ну, плохо ты работаешь, медленно. Сроки, между прочим, никто не отменял, – забрюзжал Шмелев.

– Стараюсь, как могу, – чуть огрызнулась она. – Опера с ног сбились…

– Кстати, об этом. Начальство просило, чтобы мы ускорились по делу о нападениях на квартиры.