Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Глава 19

Между нами не любовь и не магия

Между нами притяжения, касания

Между нами не любовь и не магия

Между нами чистый кайф, наркомания

Я далеко не тот, не твой явный идеал

Вспоминаю тот день, когда я тебя украл

Эмоций круговорот, я виду не подавал

Красивая, молодая, в голове один туман

Вязанный свитерок, губы по щекам

Смущалась на глазах, я лениво утопал

Душу на автопилот, твои родинки считал

Между небом и землей твои родинки считал

(с) Не любовь. Bahh Tee

Пока бежал к ней казалось время остановилось, а его ноги как в кошмарном сне еле-еле передвигаются и рот открывается, а звука нет.

Когда-то давно они все вместе попали в аварию на машине. Демьян плохо помнил, как все было, ему тогда исполнилось четыре года. В голове только слышны сирены полицейских машин, чьи-то крики и плач. Отца в скорую забирают, мать в истерике. А у него, еще совсем мальчика, перед глазами все происходит очень медленно и голоса он слышит замедленно, они тянутся как в испорченном аудиофайле. Сейчас точно также.

Он смотрит и все гудит, все тянется, все какое-то ненастоящее.

И на его глазах Михайлина вскидывает руки и в воду ныряет вместе с коляской. Сначала она уходит под черную гладь, и ее светлая шапочка слетает с головы и следом с сильнейшим всплеском тонет коляска. Шапочка так и остается плавать на поверхности, покачиваясь белым пятном.

Лед трещит, обламывается, образовывается огромная прорубь. И у него от ужаса все тело коченеет. Она ведь даже не поплывет. Сразу ко дну пойдет.

С разбегу в ледяную бездну.

Обожгло холодом так, что в глазах потемнело. Под воду ныряет, силясь ее силуэт рассмотреть, но не видит ничего кроме мути воды и отблесков дневного света. Выдыхает водой, снова на поверхность и опять туда, в пытку. Не найдет — так там и останется. Не сможет вылезти из воды без нее.

— Михайлинааа! — хриплым голосом, оглядываясь по сторонам, срываясь на оглушительный крик, снова ныряя и выныривая.

— Ддддемммааа, — обернулся резко и видит, как барахтается, как плыть пытается, как руками воду рассекает.

СВОИМИ РУКАМИ! И ПЛЫВЕТ! К НЕМУ! — Ддемаааа.

К ней, как сумасшедший, схватил прямо в воде, в охапку, сдавил. Теперь бы выбраться обоим. Но едва хватается за лед, тот обламывается. Сначала Михайлину выкинул на снег, потом сам с трудом вылез. От адского холода зубы стучат и, кажется, все ело иголками колет или режет лезвиями. Даже думать не хочет, что она испытывает тоже самое.

Упал на спину, а ее на себя перетянул и зажал до хруста, до боли.