Name: Причина смерти
Author: Патриция Корнуэлл

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Солнце било в лобовое стекло, и рассмотреть водителя нам не удалось.

— Это начинает действовать мне на нервы, — проворчал Марино, провожая внедорожник взглядом.

— Может, стоит пробить номера, — предложила я.

— Уже пробил. — Он повернул ключ и сдал назад. — В ОТС компьютер накрылся.

Компьютер в Отделе транспортных средств накрывался, на мой взгляд, слишком часто. Мы вернулись к лаборатории, и Марино снова отказался войти вместе со мной, предпочтя оставаться на парковке. Молодой человек в проходной сказал, что на этот раз я могу пройти без сопровождения.

— Доктор в подвале, — сообщил он, не отрываясь от компьютера.

Я нашла доктора Мэтьюза в кабинете, перед экраном с развернутым черно-белым спектром.

— А, это вы, — протянул он, оглянувшись.

— Похоже, вам улыбнулась удача, — заметила я. — Хотя и не вполне понимаю, что вижу. Может, еще рано?

— Нет, нет, не рано. Вот эти вертикальные линии — видите? — указывают на энергии обнаруженных гамма-лучей. Одна линия равна одной энергии. Но большинство линий, которые мы здесь видим, — это фоновая радиация.

От нее не спасают даже свинцовые слитки.

Я присела рядом.

— Что все это означает? А то, что принесенный вами образец не испускает высокоэнергетические гамма-лучи. Если вы посмотрите на энергетический спектр, то увидите, что вот этот гамма-луч характерен для урана-235. — Мэтьюз указал на один из импульсов.

— Хорошо. И как это понимать?

— Понимать нужно так, что материал у вас доброкачественный. — Он посмотрел на меня.

— То есть тот, что используют в ядерных реакторах? — уточнила я.

— Совершенно верно. Тот самый, который требуется для производства топливных таблеток или стержней реактора. Но, как вам, наверное, известно, только 0,3 процента урана — это уран-235. Остальное — обедненный.

— Да, все остальное — уран-238.

— Вот его вы и принесли.

— Если образец не испускает высокоэнергетические гамма-лучи, то как вы можете определить это по данному энергетическому спектру?

— Благодаря кристаллу германия, который обнаруживает именно уран-235.

В данном случае его низкое процентное содержание указывает на то, что мы почти наверняка имеем дело с обедненным ураном.

— И он не может быть отработанным топливом из реактора, — заключила я.

— Нет, не может, — подтвердил Мэтьюз. — В представленном вами образце нет ядерного топлива. Нет стронция, цезия, йода, бария. Их вы увидели бы на сканирующем электронном микроскопе.

— Да, таких изотопов не обнаружилось, — согласилась я.