Name: Рваные валенки мадам Помпадур
Author: Дарья Аркадьевна Донцова

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Для некоторых дам очень важно произвести впечатление на подруг, они не поставят в ванной скромную коробочку российского производства. Будут сидеть месяц впроголодь, но приобретут крем всемирно известного бренда. Таков наш российский менталитет. С одной стороны, мы ненавидим богатых, завидуем им, с другой – боимся показаться нищими. Я распространяю продукцию по провинции, там она неплохо идет. Но надо постоянно совершенствоваться, предлагать новинки. Нашими специалистами разработана зубная паста «Фрутто».

Из названия понятно, что она имеет ярко выраженный вкус сладких плодов. Так вот, во «Фрутто» добавлена одна трава – название ее не сообщу, это коммерческая тайна. Растение распространено в России, обладает свойством отбивать аппетит. Понимаете? Чистите зубы и не хотите есть. Могу дать вам тюбик.

– Здорово, непременно попробую, – восхитилась я и уронила банку.

Послышался хлопок, емкость развалилась на несколько осколков, темно-желтая густая масса стала растекаться по плитке.

– Вот неуклюжая! – разозлилась я. – Где у вас половая тряпка?

– В ванной, в стенном шкафу, – пробормотал Иван Сергеевич.

Оживление хозяина словно рукой сняло, он вновь стал напоминать статую.

Я пошла в санузел, очень быстро нашла там швабру и не удержалась от взгляда на полочки у раковины. Странное дело, но в семье производителя косметики не пользовались никакими средствами для лица. У любой женщины, даже у той, которой капитально наплевать на свою внешность, найдется или крем, или лосьон, или гель для умывания.

Но тут стоял одеколон из мужской линии, лежала бритва, а в стаканчике торчала одна зубная щетка и паста под названием «Дантин» – ее производят в Италии. Один раз я купила такую и была не в восторге от сильного мятного вкуса. Иван Сергеевич не пользовался «Фрутто», предпочитал продукцию конкурентов. Хотя Доброву нет необходимости худеть, у него подтянутая фигура человека, который следит за собой. Но и «Нокко» здесь не нашлось.

Я вернулась на кухню, живо все убрала, заставила Ивана Сергеевича поесть, потом сказала:

– Ложитесь спать, примите успокоительное, утро вечера мудренее.

Добров поежился, мне показалось, что он боится остаться один, но не хочет в этом признаваться, поэтому предложила:

– Я посижу, пока вы не уснете, посмотрю телевизор, а затем уеду домой.

– Не стоит! – слишком бодро воскликнул Добров.

Но я повторила:

– Лучше я подожду, а потом уйду.