Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

На ситуацию существенно повлиял конфликт Аксёна с Шакро Молодым, начавшийся в 1992 году, в результате которого Антон Малевский на встрече с ворами в законе получил (или чуть не получил?) от них оплеуху, а Борода решил проучить сторонников Шакро. К сторонникам Шакро Молодого относились и Моня, и Диспетчер, во всяком случае, в представлении Бороды и Сергея Ивановича. Сильвестр после своего освобождения даже не посчитал нужным встречаться с ними.

Противоречия между «сильвестровскими» и Моней с Диспетчером из-за влияния в Орехово достигли своего апогея.

Когда переговоры зашли в тупик, в ход пошло оружие.

И Диспетчер, и Моня слишком уповали на свой авторитет, недооценивая нас, и, похоже, даже не допускали мысли, что какая-то зелёная молодёжь отважится бросить им вызов.

Не угадали. И вот чем запомнился 1993 год в Орехово.

5 февраля «витохинские» по указанию Сергея Ивановича стреляют Игоря Абрамова (Диспетчера), он умер в больнице пять дней спустя.

13 апреля в Орехово Двоечник со своими людьми застрелил Виктора Когана (Моню).

Насколько я понял со слов самого Двоечника, Моню он убил по своим причинам, но с благословения Сергея Ивановича, который совершенно точно не был против такого развития событий, ведь одним оппонентом стало меньше.

23 мая 1993 года убит Эдуард Солодков, он же Холодильник, лидер одной из многочисленных ореховских бригад.

6 августа в офисе компании «Водолей» на Якиманке чеченцами был убит Федя Бешеный вместе с вором в законе Амираном Квантришвили, братом Отари Квантришвили – Отарика.

Выгодное для «сильвестровских» обстоятельство, так как Федя был значимой в Орехово фигурой.

23 сентября в том самом Нагатинском автосервисе при покушении на Расписного был убит Дима Шарапов (Шарап).

На Расписного это было уже не первое покушение. До этого его уже раза три пытались убить чеченцы, с коими он принципиально враждовал на национальной почве, но каждый раз Расписной – счастливчик – отделывался лишь лёгкими ранениями.

Было ли нынешнее покушение очередной попыткой «чехов» сквитаться с Расписным?

Не знаю, но, как бы то ни было, он снова остался жив. Правда, в этот раз ранение было достаточно тяжёлым – пуля задела печень.

И хотя смерть Шарапа была случайностью (на наш взгляд) и мы, в смысле «сильвестровские», не имели к ней отношения, для нас она, безусловно, была выгодна и пришлась кстати.

Несколько иначе складывалась ситуация с Лёней Узбеком.