Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Спустя некоторое время после этих событий прошёл слушок о том, что к Бороде, хотя он и не сидел, был якобы сделан подход, то есть ему предложили стать вором, «короновать» его.

Однажды, когда об этом зашёл разговор, мы с Культиком спросили у Бороды, почему бы ему действительно не стать вором? А что? Вон, у «солнцевских» есть ведь Джамал Константинович, и у нас свой вор будет.

Борода на это ответил примерно так:

– Я же не дурак так выставляться, чтобы органы с меня глаз не спускали и чтобы у них на меня красная папочка была заведена навечно! Нет уж, обойдусь без титулов.

Это, кстати, и ещё один штрих к портрету Бороды, человека хоть и тщеславного, но умного, дальновидного и прагматичного.

Начало 1992 года

Новый 1992 год мы с Серёгой Культиком, «борцами» и Славиком встречали на Тенерифе. Некоторые из ребят были со своими супругами. Позже к нам присоединился Юра Самосвал и ещё кто-то.

Замечательно провели время, и такое прекрасное, незабываемое начало года вселяло радужные надежды на будущее.

Это была моя первая заграничная поездка. Естественно, лететь мне пришлось под чужим именем, но это ничуть не испортило мне праздника.

Если забежать на десяток лет вперёд, то окажется, что Испания – а Канарские острова, напомню, являются территорией Испании – стала для меня не только первой, но и, похоже, последней «заграницей».

Тогда, в конце 1991 года, поездка на Канары и сама по себе – всё-таки первый выезд за рубеж – оказалась для меня событием, а то, что мы отправляемся туда в компании «старших» (и, что немаловажно, за счёт организации), стала знаком особого отношения, расположения и, я бы сказал, авансированного нам с Культиком доверия со стороны «борцов», своеобразной вехой в моей преступной «карьере».

"Теперь мы с Культиком были не просто «сильвестровские», а вошли в обойму ближайшего окружения Сергея Ивановича. Во всяком случае, именно так я относился к происходящему, и тем большее значение имела для меня эта поездка.

…Тенерифе встретил нас злым, ледяным ветром и колымским холодом. Тяжёлые тучи до горизонта застилали небо, и унылое солнце…

Да не! ШУЧУ!

Чистое голубое небо, яркое солнце, тепло – градусов 25, – буйство красок цветущих растений и бескрайняя гладь океана, после грязной и промозглой московской зимы вызывали чувство восторга и нереальности происходящего.